Урс Бауманн, Майнрад Перре



Скачать 21.76 Mb.
страница95/101
Дата11.10.2017
Размер21.76 Mb.
ТипКнига
1   ...   91   92   93   94   95   96   97   98   ...   101

Таблица 41.2.2. Десять стратегий переструктурирования для автокомментариев:

- Обесценивание партнера: «Не волнуйся. Он абсолютно не способен думать систематично» (презрение).

- Отвлечение: «В данный момент есть более важные вещи, чем обсуждать место, где должна лежать зубная паста» (равнодушие).

- Дистанцирование: «Если я через 20 лет подумаю об этом дне и этом происшествии, то я над ним только посмеюсь и найду его малозначащим» (равнодушие).

- Повышение толерантности: «Было бы полным абсурдом предположить, что два человека должны соответствовать ожиданиям другого вплоть до мелочей» (доброжелательность).

- Вызов: «Мы часто ссоримся из-за таких мелочей, как эта. Я напрасно пытаюсь ему что-то растолковать. Возможно, мне стоит попробовать нечто иное. В следующий раз я зубную пасту спрячу» (любопытство).

- Повышение чувства собственного достоинства: «Есть множество других случаев, когда он показывает, что любит меня» (внимание).

- Позитивная интерпретация: «Косвенно он тем самым хочет показать, что он во мне нуждается» (удовлетворение).

- Принятие ответственности на себя: «Уж очень я педантична, а ведь это не просто сделать все так, чтобы мне понравилось» (снисходительность).

- Перспектива другого: «Ему зачастую бывает трудно во всем мне угодить, вероятно, это приводит его в замешательство» (понимание).

- С позиции помощи: «Он, вероятно, хотел бы избежать этого спора, но не может прыгнуть выше своей головы. Скорее всего, мне стоит немного пойти ему навстречу» (поддержка).
4.5. Уровень действий
Партнеры не смогли бы найти друг друга и остаться вместе, если бы — по крайней мере, в начале отношений — поведение одного из них не могло бы сделать счастливым другого. С точки зрения теории поведения это означает, что друг друга притягивают такие партнеры, которые могут обеспечить друг друга аттрактивными подкрепляющими стимулами, и что перспектива и в будущем получать такое подкрепление влияет на решение вступить в длительные отношения. Ценность, которую при этом в глазах определенного индивида приобретает конкретное подкрепление, зависит от его личной истории научения и его генетических диспозиций. Выигрыш, получаемый каждым партнером в результате подкрепления, может иметь как внешний фокус — в виде роста статуса и престижа, так и внутренний — в виде эмоциональной поддержки, чувства, что тебя понимают, сексуального удовлетворения.

Почему парам так трудно удержаться в этом счастливом состоянии, в котором они дают друг другу то, что им кажется ценным и достойным того, чтобы к нему стремиться? Кристенсен, Джекобсон и Бэбкок (Christensen, Jacobson & Babcock, 1995) описали четыре процесса, которые вносят свой вклад в возникновение и развитие расстройств отношений.

Во-первых, даже самые прекрасные вещи в жизни утрачивают привлекательность из-за постоянного повторения. То, что в начале любви было новым и волнующим, превращается вследствие постепенного привыкания в будничную рутину, и если пара располагает только ограниченным набором подкрепляющих стимулов и больше не расширяет его, возникает опасность, что отношения будут переживаться как неудовлетворительные. Во-вторых, между партнерами — независимо от того, насколько хорошо они друг другу подходят, — в результате постоянной совместной жизни проявляются определенные противоречия, которые не воспринимались в фазе влюбленности или рассматривались как несущественные, но которые приобретают при ежедневных контактах опасную взрывную силу. В-третьих, существуют такие противоречия или несовместимости между партнерами, которые возникают только с приобретением опыта совместной жизни. Так, пара может быть единодушна в своем желании иметь ребенка и обладать схожими представлениями о его воспитании. Но когда ребенок появляется, то это может вызывать у обоих партнеров непредвиденные психические процессы, которые проявляются в различных представлениях и желаниях. В-четвертых, противоречия между партнерами могут возникнуть в результате индивидуальной истории развития одного из них, например если жена стала уделять больше времени карьере, а не семье.

Каждый из этих четырех процессов, по крайней мере для одного из партнеров, сопряжен с лишением подкрепления или даже воспринимается как наказание. И так как ни один человек не откажется добровольно от приятных ему вещей, то в этой стадии отношений часто начинает действовать замкнутый круг аверсивного контроля, как описал это Паттерсон (Patterson, 1982) для коммуникативных процессов в семье с нарушенными отношениями. В ситуациях, когда партнеры не согласны друг с другом, они начинают давить на другого или принуждать его к чему-либо, пытаясь заставить его сдаться. Примерами аверсивного контроля являются уход в себя, слезы, лишение любви, вызов в другом чувства вины и так далее вплоть до применения физической силы. Если один из партнеров действительно уступает, это действует на обоих партнеров как подкрепление: для уступающего — как негативное, а для «победителя» — как позитивное, что повышает вероятность повторения этого паттерна поведения. Все же уступающий партнер, вероятно, не захочет оставаться в этой роли навсегда и поэтому со своей стороны будет искать возможности оказывать давление на другого. Так возникает состояние обоюдного аверсивного контроля, как правило, оба партнера располагают чрезвычайно эффективным репертуаром методов, способных задеть все слабые места другого.

Этот процесс можно наблюдать и во время коммуникации, где контроль осуществляется чаще всего за счет критики или отсутствия интереса к партнеру во время разговора. Так, исходя из поведения во время разговора какой-либо пары можно сделать вывод о распределении сил в их отношениях (Whisman & Jacobson, 1990). При этом доминирование одного из партнеров может выражаться в двух формах: или в говорении, когда он говорит значительно больше другого, не интересуясь тем, насколько тому интересна данная тема, или в неслушании другого, когда он явно не заинтересован в том, что рассказывает другой, но и не меняет тему.

Было установлено (Singer, Wynne & Toohey, 1978), что в семьях с нарушенными супружескими отношениями возникает определенный вид коммуникативной девиации, которая выражается в недостаточном учете интересов и особенностей партнера и в недостатке «взаимной валидизации». Многие авторы констатируют, что нарушенные отношения характеризуются неспособностью партнеров конструктивно решать проблемы и конфликты. Чтобы внести изменения в нарушенные отношения, традиционная поведенческая супружеская терапия прибегает в основном к двум стратегиям: к обмену обоюдно подкрепляющими способами поведения и к коммуникативному тренингу и тренингу решения проблем.

При обмене обоюдно подкрепляющими способами поведения стремятся как можно быстрее эмоционально разгрузить супружескую пару, увеличивая частоту возникновения позитивного, т. е. подкрепленного и подкрепляющего поведения, и одновременно снижая частоту возникновения негативного, т. е. наказывающего поведения.

Для того чтобы достичь этого, психотерапевт сначала вместе с клиентами идентифицирует соответствующие действия и способы поведения и потому, что легче повысить частоту поощрения, чем снизить частоту наказания, изыскивает прежде всего ресурсы супружеской пары, т. е. вещи, которые воспринимались бы, по крайней мере одним из партнеров, как удовлетворительные, прекрасные или дающие удовольствие и которые могли бы быть предоставлены другим партнером, например комплименты, одобрение, нежность, жесты, преисполненные любовью. Эти ресурсы активируются с помощью сравнительно директивного похода до тех пор, пока обмен желательными способами поведения в процессе позитивной обратной связи не будет поддерживаться самостоятельно за счет обоюдного подкрепления. Кристенсен, Джекобсон и Бэбкок (Christensen, Jacobson & Babcock, 1995) предлагают действовать в три этапа:

1) Перечень желаний: сначала каждый сосредоточивается на том, в чем нуждается партнер, чтобы лучше чувствовать себя в супружеских отношениях, и что он может для этого сделать. Благодаря этому клиент выходит из роли «истца» и принимает роль того, кто располагает необходимыми умениями для оказания положительного влияния на отношения.

2) Реализация: на втором этапе речь идет о том, чтобы реализовать перечень желаний в конкретных поступках. Одновременно партнеры могут прямо высказывать свои желания. Однако в каждом случае тому, кто выполняет желание, необходимо предоставить возможность самому решить, какие желания и когда он будет выполнять. Эта свобода выбора благоприятно влияет на согласие и, с другой стороны, повышает вероятность того, что продемонстрированное поведение будет позитивно воспринято адресатом.

3) Подкрепление: партнеры очень быстро отказываются от усилий сделать другому что-то хорошее, если не встречают никакой позитивной реакции реципиента. Поэтому необходимо следить за тем, чтобы доброжелательные действия оценивались по достоинству и тем самым подкреплялись, тогда позитивный обмен будет действовать постоянно.

Метод обмена обоюдно подкрепляющими способами поведения нацелен на то, чтобы у супружеской пары как можно скорее появился позитивный опыт, который мотивировал бы их к дальнейшему улучшению отношений. Задания, даваемые психотерапевтом супругам, фактически выполняются ими дома в промежутках между сеансами (см. табл. 41.2.3) и затем обсуждаются с психотерапевтом. Если на этом остановиться, то быстрое улучшение хотя и наступит, но обесценится высокой степенью риска рецидива, так как партнеры не располагают фундаментальными стратегиями решения проблем.


Таблица 41.2.3. Домашние задания, ориентированные на действия

- Наблюдение за приятным поведением партнера.

- Желание побаловать партнера (один день в неделю, запланированно).

- Разрешение конфликтных ситуаций совместными усилиями (согласно схеме направленного диалога).

- Активизация общих ресурсов (досуг, спорт, культурные мероприятия, игры, отношения).

- Поэтапный тренинг нежности: с целью дифференциации сексуальности (sensate focus, см. ниже).


Поэтому поведенческая супружеская терапия содержит в качестве второй компоненты коммуникативный тренинг и тренинг решения проблем (см. главу 22), ориентированный в отличие от обмена обоюдно подкрепляющими способами поведения на процесс. При этом тренинге основополагающих умений изменения происходят не так быстро, но он обладает высокой профилактической ценностью.

Чтобы развить у супругов способность конструктивного решения конфликтов и проблем, разработано и апробировано достаточно много программ развития коммуникативных навыков (см. Hahlweg, Schindler & Revenstorf, 1981).

Очень полезен так называемый метод активного слушания (Schindler, Hahlweg & Revenstorf, 1980), при котором собеседники учатся меняться ролями и слушать друг друга, чтобы только потом занять ту или иную позицию. Это слушание предполагает обобщенное изложение того, что было сказано собеседником. Благодаря этому говорящий имеет возможность проверить, действительно ли дошло до собеседника то, что он хотел выразить. Формально это представляет собой следующую последовательность:

(1) Партнер А — Сообщение.

(2) Партнер Б — Обобщение.

(3) Партнер А — Коррекция (по необходимости).

(4) Партнер Б — Сообщение (например, высказывание своего мнения по поводу 1).

(5) Партнер А — Обобщение.

(6) Партнер Б — Коррекция (по необходимости).

По этой схеме можно сравнить намерение и следствие сообщения (1/2 или 4/5). Слушатель учится также различать понимание и реагирование (2 и 4). Как показывает опыт, эскалация возбуждения возникает из-за того, что говорящий чувствует себя неправильно понятым и приводит все новые и более сильные аргументы. В свою очередь, слушатель чувствует себя уязвленным и пытается с помощью защиты и оправданий опровергнуть высказывания оппонента. Этого можно избежать с помощью вышеупомянутых действий.

Второй коммуникативный навык касается выражения критики без взаимных обвинений. В общем, в споре всегда есть элементы критики, но зачастую они преподносятся как объективные возражения. Например: «Мне по утрам приходится убирать твои оставшиеся с вечера окурки, это безобразие». Здесь мог бы помочь так называемый тренинг Я-посланий. Что-нибудь вроде следующего: «Я чувствую себя униженной, когда мне приходится по утрам убирать твои окурки, оставшиеся с вечера, так как при этом я кажусь себе твоей уборщицей».

Активное слушание и критика, не содержащая обвинений, равным образом как и высказывание конкретных желаний вместо общих требований, могут быть объединены в направленном диалоге, нацеленном на решение конфликтов. Этот диалог подразделяется на семь фаз:

1) Представление проблемы по схеме активного слушания и критики без обвинений.

2) Представление желаний по схеме активного слушания.

3) Поиск возможных решений (мозговой штурм).

4) Конкретизация (места, обстановки, времени и т. п.).

5) Достижение договоренностей относительно взаимных действий и желаний — возможно, с помощью контракта.

6) Поощрение (взаимное или независимое друг от друга; может отсутствовать).

7) Проверка договоренностей (возможно, их пересмотр).

Психотерапевт структурирует диалог и следит за тем, чтобы никто из обоих партнеров не предъявлял чрезмерных требований, чтобы оба собеседника высказывали свои чувства, договоры были перспективными и чтобы обсуждаемые предметы оставались релевантными для данной пары. Существует ряд приемов, способных помочь устранить возможные трудности при проведении такого диалога, они приведены в табл. 41.2.4.


Таблица 41.2.4. Терапевтические приемы во время ведения направленного диалога

A) Прямые рекомендации поведения:



Следование правилам (активное слушание, критика без обвинений).

Подведение итогов: обоим партнерам предлагается оценить, насколько далеко в данный момент зашла их дискуссия.

Поддерживающие мероприятия: невербальная сигнализация одному из партнеров о поддержке, например изменение позы; вербальная — проявление сочувствия или критика.

Двойное формулирование (суггестия).

Предложения, подчеркивающие выражение эмоций. Спросить одного из партнеров, не нуждается ли он в какой-либо помощи партнера, чтобы выполнить определенные требования.

Б) Дистанцирование:



Изменение роли: один из партнеров должен изобразить, как должен в той или иной ситуации вести себя другой.

Триангуляция: при угрозе эскалации возбуждения разговор ведется через психотерапевта.

Пауза, прерывание. Стулья, на которых сидят спорящие, переставляются, и тем самым зрительный контакт прерывается, так что партнеры могут общаться только вербально. Психотерапевт предлагает описать или изобразить в виде сценки, как воспринимают в данный момент отношения тот и другой.

B) Парадоксальные приемы:

Сеанс прерывается и пациентам предлагается вернуться к предыдущему упражнению («слишком быстро выполнили»).

Катастрофизация проблемы для того, чтобы участники перестали рассматривать ее в чересчур драматичном свете.

Реинтерпретация спора, например, как интереса и т. п.

Самообесценивание психотерапевта: веселое признание в том, что он перенапрягся.

Фантазирование о расставании: оба, сидя на стульях спиной друг к другу, представляют, как они расстались, и стараются пережить в фантазии возможные ощущения: через день, месяц, год, 20 лет, а затем перед смертью оглядываются назад и выясняют, нужно ли было тогда расставаться.
Эффективность обеих компонент неоднократно подтверждалась исследованиями (см. Hahlweg, Schindler & Revenstorf, 1981; Jacobson, 1984). Оказалось, что комбинация обоих методов превосходит применение любой из этих компонент по отдельности.

И обмен обоюдно подкрепляющими способами поведения, и коммуникативный тренинг, и тренинг решения проблем нацелен на изменения, а следовательно, и на способность супружеской пары к адаптации, компромиссам и кооперации. Исходя из наблюдения, что способность к адаптации и готовность к изменениям в большинстве отношений ограничены, Кристенсен, Джекобсон и Бэбкок (Christensen, Jacobson & Babcock, 1995) предложили интегрировать в терапию третий компонент, который они обозначили как принятие. Этот новый подход направлен на то, чтобы принять такие конфликты, с которыми не удается совладать даже с помощью терапевтической поддержки. Принятие происходит, когда жалующийся партнер перестает желать изменить другого. Чтобы способствовать этому процессу, авторы разработали четыре стратегии:

1) Формирование эмпатического стиля ведения дискуссии, обращение с проблемой как с общим врагом, от которого страдают оба партнера. Если это удается, то партнеры могут обсудить свои трудности без взаимных обвинений и по принципу «разделенное горе — уже половина горя» ближе сойтись в обсуждении проблемы и эмпатически объединиться для ее решения. Причина, вызвавшая конфликт и стоявшая изначально между партнерами, становится источником новой близости.

2) Внутреннее дистанцирование от проблемы, например благодаря юмору или за счет объективного анализа типичного развития проблемной ситуации. Пара учится воспринимать деструктивные взаимодействия до определенной степени с позиции наблюдателя и оставаться эмоционально сдержанными в тяжелых ситуациях, благодаря чему конфликт еще больше экстернализуется и смягчается.

3) Повышение толерантности к негативному поведению партнера. Это может произойти, если психотерапевт укажет на позитивные стороны проблемы или если будет изменен контекст, в котором обычно возникает негативное поведение. Чтобы этого достичь, психотерапевт может попросить супругов «разыграть» проблемное поведение и реакцию на него в нейтральной ситуации, что, как правило, обесценивает значение негативного поведения.

4) Получение большей независимости за счет того, что партнеры учатся лучше заботиться о себе сами. Если индивид может удовлетворить свои потребности независимо от партнера, он чувствует себя в меньшей степени зависимым от него и поэтому может легче принять недостатки партнера.

С терапевтической точки зрения в этом подходе интересен известный из гештальт-терапии парадокс изменения: так как хотя стратегии и направлены на то, чтобы партнер был принят таким, каков он есть, в большинстве случаев, благодаря тому что отказываются от желания изменить партнера, возникает готовность к позитивному изменению. Кроме того, принятие предполагает изменение на когнитивном уровне: индивид принимает то, что нельзя изменить, меняя свой образ мыслей и по-другому оценивая проблему.

Описанные методы интервенции позитивно воздействуют на отношения даже в том случае, если психотерапия проводится индивидуально, ибо, в принципе, речь идет о навыках конкретной личности. Они могут использоваться и для терапии супругов, и для улучшения отношений между родителями и ребенком или между детьми начиная с определенного возраста. Таким образом, они не специфичны для супружеской терапии, хотя чаще всего применяются именно в ней.


4.6. Уровень сексуальных отношений
Сексуальное поведение является естественной функцией человека и управляется в основном рефлекторными реакциями организма. Однако эта естественная сексуальная функция может быть нарушена или заторможена из-за воздействия многочисленных факторов, имеющих физиологическую, психическую, межличностную, культурную или просто ситуативную природу. Поскольку установлено, что в основе сексуальных реакций лежат биологические процессы, то при лечении сексуальных расстройств речь идет в меньшей степени о научении желательным реакциям, а скорее о распознании и устранении ограничений и блокировок, мешающих самостоятельному развитию естественного поведения. На индивидуальном уровне это проявляется прежде всего как страх оказаться несостоятельным в сексуальном плане, чувство вины, ценностные представления, страх перед потерей контроля, чрезмерные ожидания и чувство неполноценности. На уровне супружеских отношений — это взаимные обвинения, глубокое непонимание на основе недостаточного общения и отсутствие знаний о сексуальных особенностях противоположного пола. На культуральном уровне можно назвать социальные нормы, мифы и чувство стыда, основанное на моральных представлениях окружающего общества (см. об этом также Barbach, 1982; Zilbergeld, 1968).

Лечение сексуальных расстройств можно проводить как в индивидуальном порядке, так и парами. Если есть постоянные отношения, то работа с парой предпочтительнее индивидуального похода, даже если кажется, будто причиной сексуальных проблем является один из партнеров. Это основывается на предпосылке, что в интимных отношениях не существует непричастных партнеров, но, напротив, оба партнера ответственны за их состояние.

Современные авторы (Masters, Johnson & Kolodny, 1993) понимают под терапией сексуальных расстройств психотерапию с образовательными, тренировочными и коммуникативными компонентами. Чтобы выяснить степень влияния психических нарушений на сексуальную жизнь супружеской пары, большая часть времени терапевтического сеанса отводится на переработку фрустрации и гнева в отношениях, а также на выяснение значения вышеназванных сдерживающих факторов и блокировок. Помимо этого, партнеры побуждаются к обмену в разговоре полученным во время тренировок опытом, что особенно важно, если супружеская пара проявляет избыточную сдержанность в общении на интимные темы.

Основной техникой терапии сексуальных расстройств является техника концентрации на чувствах и ощущениях (Gefühlskonzentration, Sensate Focus), которая варьируются в зависимости от конкретного расстройства. В начале лечения супружеской паре, как правило, рекомендуется избегать прямых сексуальных контактов и генитальных прикосновений. При выполнении этих инструкций должны быть ликвидированы ориентация на успех и страх перед своей несостоятельностью. Затем супружеской паре предписываются поэтапные тренировки, которые они проводят дома между сеансами. Они нацелены на то, чтобы расширить спектр предварительных ласк и снять фиксацию на оргазм (см. главу 22). Для некоторых расстройств дополнительно применяются специфические техники:



Нарушение эрекции. В первую очередь здесь необходимо уменьшить «давление обязательного успеха», обучив партнеров сексуальным играм, не ориентированным на достижение какой-либо цели. При этом целесообразны вышеназванные упражнения. Дополнительно можно дать инструкцию партнерше о мастурбации с целью неоднократного возникновения и прекращения эрекции. Так как мужчина находится в пассивной роли, то он может изменить свой взгляд на этот процесс как на естественный и функционирующий без его непосредственного участия.

Преждевременная эякуляция. Одна техника при лечении преждевременного извержения семени заключается в том, что женщина почти до самой эякуляции руками стимулирует пенис партнера и затем тотчас прекращает стимуляцию. Когда сильное желание эякуляции проходит, стимуляция продолжается. Этот цикл возбуждения—прекращения повторяется многократно и после продолжительной задержки заканчивается эякуляцией. Это упражнение можно распространить и на половые сношения, когда мужчина находится снизу, а женщина, сидя на нем, активно управляет стимуляцией коитуса.

В качестве другого метода контроля над эякуляцией хорошо себя зарекомендовала «техника зажима». Во время стимуляции коитуса женщина через определенные промежутки времени надавливает руками на основание (корень) пениса или под его головкой, чтобы предотвратить эякуляцию.



Расстройства оргазма, а именно его задержка или отсутствие, у женщин (раньше это называлось аноргазмией) наблюдаются чаще, чем у мужчин (ejaculatio retardata). Барбах (Barbach, 1982) говорил в этой связи о «преоргазмичных» («präorgasmischen») женщинах, так как 93% участниц его тренинга впоследствии приобрели способность испытывать оргазм. Пятинедельный курс лечения представляет собой комбинацию групповых дискуссий, получение физиологической информации о женской анатомии и сексуальности, домашние задания и занятия по индивидуальной программе. В состав домашних заданий входят исследования собственного тела, основательное знание его особенностей, тренинг мышц таза, развитие сексуальных фантазий и поэтапная мастурбация. Если позднее привлекается и партнер, то это облегчает переход к половым сношениям, при этом стимуляция руками мужчины или женщины сохранится в качестве «моста».

Вагинизм: предотвращение рефлекторного напряжения влагалищных мышц (перед введением пениса) начинается с тренинга напряжения и расслабления этой области. В дальнейшем женщине рекомендуют воспользоваться набором расширителей с увеличивающимися размерами, осторожно вводимыми с применением смазочных средств и используемыми при ежедневных занятиях. Для перехода к половым сношениям важно, чтобы жена сначала сама вводила во влагалище пенис мужа, чтобы почувствовать, как она сама управляет этим процессом.
4.7. Уровень супружеских отношений
Здесь в центре внимания находится не столько индивид, сколько отношения партнеров друг к другу. Существует мнение, что на уровне системы — т. е. на уровне супружеских и семейных отношений — есть регулирующие факторы, которые хотя и находятся в согласии с диспозицией и интенцией индивидов, но не полностью определяются ими. В естественных науках существует множество моделей. При этом логика рассуждений соответствует попперовскому эмерджентному принципу (Popper & Eccles, 1977), утверждающему, что, например, в химии возникают реакции, которые хотя и соответствуют физической структуре атома, но не могут быть спрогнозированы исходя из нее во всех деталях. То же справедливо и для биологических явлений, так как некоторые факты эволюционного развития не могут быть объяснены исходя только из биохимии. Экстраполируя этот принцип на психические реакции, например, можно объяснить феномен так называемого свободного решения. Так, две сами по себе стабильные личности могут вступить в отношения с невротическим распределением ролей по типу негласного соглашения (Willi, 1975) (см. прим. 41.2.2).
Примечание 41.2.2. Негласное соглашение (Willi, 1975)

Сорокапятилетний мужчина часто страдал по выходным от депрессии. В результате анамнеза было выявлено, что он никогда не знал своего отца (он был убит на войне еще до его рождения) и его мать поместила его на первые четыре года в детский дом, так как сама была в это время психически больна. С детских лет неудовлетворенная потребность в заботливых и надежных значимых людях в последующие годы компенсировалась за счет необычно любящей и заботливой жены. Между супругами установились гармоничные отношения, в которых никогда не было открытых ссор и которые последние 20 лет не сопровождались сексуальными отношениями. Соглашение заключается в том, что жена взяла на себя роль добросовестно заботящейся и надежной матери, а муж — роль послушного мальчика. Возникшая у мужа неудовлетворенность отношениями выражалась в депрессивном настроении и в физическом симптоме «тяжести в ногах», который делал его неспособным к длительной ходьбе и, таким образом, символически препятствовал тому, чтобы хоть ненадолго покинуть партнершу, — привязанность, аналогичная привязанности ребенка из детского дома.

---
Согласно Сейджеру (Sager, 1976), между партнерами возникла привязанность по типу «родитель—ребенок» с имплицитным договором о неагрессивном и заботливом обращении друг с другом, а также с ожиданиями, что они будут жить только друг для друга и никогда один другого не покинет. В качестве интервенции в этом случае рекомендуются мероприятия, позволяющие осознать эти ожидания и заключить новое соглашение. Для этого можно предложить кратковременный тренинг для укрепления уверенности, что и впредь отношения будут надежными, и для приобретения опыта расставания, переживаемого как безопасное. Сейджер различает пять типов привязанности в зависимости от ожиданий партнеров относительно друг друга:

1) романтическая привязанность (близость, контроль и традиционное распределение половых ролей);

2) привязанность по типу «родитель—ребенок» (один принимает прогрессивную роль родителя, а другой — регрессивную роль ребенка);

3) эгалитарная привязанность (с точки зрения равенства прав и свобод обоих партнеров);

4) товарищеская привязанность (минимум страсти, но в достаточной степени близости и доверия);

5) прагматическая привязанность (при выборе партнера исходят из практических и экономических причин).

Ожидания супружеской пары, которые необходимо пересмотреть, касаются таких тем, как верность, вечное счастье, нерасторжимая связь, партнер как объект воспитания и внушения, брак как надежный очаг, семья, как клан и т. п.

В одной из моделей развития (Bader und Pearson, 1988), восходящей к Маргрет Малер, проводится различие в супружеских отношениях между симбиозом, дифференциацией и консолидацией. Для каждой из этих фаз предусмотрены различные методы интервенции (см. табл. 41.2.5). Вышеописанную пару можно рассматривать как фиксированную на симбиотической фазе — в гармонической нерасторжимой связи, от которой следует отличать агрессивную нерасторжимую связь. Последняя характеризуется тем, что партнеры постоянно обесценивают друг друга критикой и обвинениями, но при этом не в состоянии расстаться. Для описанного случая в качестве метода интервенции для ликвидации гармонической нерасторжимой связи можно предложить тренинг нетравмирующей формы агрессивного взаимодействия (см. Bach & Weyden, 1968).


Таблица 41.2.5. Методы интервенции, относящиеся к специфическим фазам развития:

Ликвидация симбиотической связи:

- демонстрация обоюдной агрессии;

- предписание ссоры;

- содействие отграничению партнеров друг от друга;

- обобщение симбиотических признаков;

- ритуал уничтожения зависимости от первичной семьи.



Ликвидация враждебной нерасторжимой связи:

- новая интерпретация агрессии;

- ведение разговора через психотерапевта (триангуляция);

- прерывание невербальной коммуникации;

- введение правил спора и границ нанесения возможных обид;

- обучение умению прощения;

- предписание контролируемого спора;

- когнитивное переструктурирование и юмор;

- ситуации переноса.

Содействие автономии:

- раздельная и совместная деятельность;

- фантазии о возможной разлуке;

- конструктивная разлука;

- тренинг решения проблем;

- содействие совместным контактам с внешней средой.


4.8. Уровень семьи
При системном способе рассмотрения, в общем, привлекаются три точки зрения: приобретение большей свободы на более высоком уровне (эмерджентный принцип; Popper & Eccles, 1977, см. выше), спонтанная самоорганизация сложных систем и ее ограничительных условий (синергетика, Haken, 1981), а также кибернетический способ рассмотрения регуляторных механизмов (Bertalanffy, 1968).

Пример из прим. 41.2.3 хорошо иллюстрирует самоорганизацию. Хакен (Haken, 1981) пытается доказать существование таких форм самоорганизации в области физики, химии, биологии, социологии и т. д. и пользуется для обозначения этого системного поведения понятием «синергетика». Согласно такому взгляду одна часть («упорядочивающая») подчиняет другую — в приведенном примере ребенок со своим симптомом подчиняет родителей, которые вынуждены уделять все внимание ребенку. При этом ребенок предположительно развил свой симптом в связи с поведением родителей. Возникли в высшей степени невероятные формы организации, которые в семейном контексте выделяются отчасти как причудливые симптомы. Формы самоорганизации чаще всего наряду с невероятностью своей конфигурации имеют еще элемент непредсказуемости, поскольку неизвестно, какое специальное поведение разовьется у носителя симптомов. Чтобы найти другие решения для такой сложной системы (Prigogine & Stengers, 1986), необходимо изменить определенные параметры, так чтобы стало возможным иное решение (новые «точки бифуркации»). Параметры, регулирующие взаимодействие в семье и принимающие участие в таких организационных процессах, зачастую восходят к параметрам интимность (близость/дистанцирование) и контроль (ригидность/хаотичность), которые могут быть связаны друг с другом (см. Olson, Sprenkle & Russel, 1979). Таким образом, интервенция нацелена на изменение этих двух параметров в семье.


Примечание 41.2.3. Самоорганизация

Двадцативосьмилетний сын — последний ребенок пожилых родителей (матери — 65 лет, отцу — 70). Уже много лет не может получить диплом библиотекаря, проваливаясь на экзаменах или отказываясь их сдавать. Родители в ссоре много лет, и отец в прошлом неоднократно изменял своей жене, которая полностью переключилась на воспитание сына. Хотя все участники были заинтересованы в получении диплома и сын казался достаточно умным и хорошо подготовленным, провал следовал за провалом. И распределение ролей между супругами, и неудачную учебу сына можно рассматривать функционально. Все пытаются решить проблему при создавшихся общих условиях, сводя затраты к минимуму. Вызывающее беспокойство поведение сына позволяет матери избежать столкновения с супругом, избегающим отношений, причем в ином случае такое поведение супруга привело бы к серьезному конфликту. Теперь же родители вынуждены сообща заниматься сыном, который таким образом бессознательно предотвращает разрыв между отцом и матерью. Не следует воспринимать это как сознательную жертву ребенка. Скорее всего, при определенных ограничительных условиях неожиданно возникла новая форма самоорганизации, подобно тому как возникает водоворот в спокойной реке, когда поток встречает на своем пути определенное препятствие.

---
Морфостаз. Какие подходы со своей стороны предлагает для системной интервенции кибернетика? В кибернетике описывается система автоматического регулирования, служащая для поддержания определенного должного состояния (гомеостаз). Это обеспечивается за счет негативной обратной связи. Если, например, какой-либо член семьи утратил оптимальную дистанцию из-за слишком тесного для него взаимодействия с ней, то он будет часто раздражаться и попытается восстановить дистанцию, вызвав ссору. Или партнер, не обладающий возможностями формального контроля (социальным влиянием, материальными ресурсами), развивает физический симптом и тем самым добивается бережного к себе отношения и приобретает влияние на определенные семейные мероприятия (например, препятствует посещению театра). О психофизиологии таких гипотетических механизмов мало что известно. Наряду с уязвимостью к развитию специфических симптомов здесь можно было бы предположить также подавляющее иммунитет воздействие определенных гормонов во время стресса.

В отличие от системы центрального отопления, охотно используемой в качестве примера такой системы автоматического регулирования, в биологических системах наряду с гомеостатической существует вторая, противоположная тенденция: рост и дифференциация организмов. В сфере семейных межличностных отношений, с одной стороны, нельзя заранее предвидеть наступление переломных моментов (разве что болезнь, смерть одного из членов семьи или безработицу), а с другой стороны, они достаточно регулярно встречаются в каждой семье на протяжении всего жизненного цикла. Согласно теории систем кризисы возникают тогда, когда рост или дифференциация происходят под влиянием определенных обстоятельств, а система гомеостатически придерживается своей старой модели регулирования.



Морфогенез. Наряду с негативной обратной связью в семейной коммуникации при симметричной эскалации спора наблюдается и позитивная обратная связь, когда взаимные нападки становятся значительно грубее и могут привести даже к применению физической силы. Если в таких случаях не происходит регуляции более высокого порядка, то при позитивной обратной связи речь может идти даже о нанесении организму повреждений. Взаимная эротическая стимуляция, напротив, является «положительным» примером позитивной обратной связи. Позитивная обратная связь может быть использована и в терапевтических целях для придания подвижности стабильной функциональной системе и образования новой формы взаимодействия (прим. 41.2.4).
Примечание 41.2.4. Позитивная обратная связь

Вацлавик, Виклэнд и Фиш (Watzlawick, Weakland & Fisch, 1974) описали случай с молодой супружеской парой, опекаемой родителями. Родители приходили стричь газон, мыть посуду, готовить еду; приносили продукты без предварительной договоренности и т. п. Молодая пара вежливо сопротивлялась этому, что интерпретировалось родителями как излишняя скромность. Помог лишь совет нагло противодействовать готовности помочь, после чего паттерн чрезмерной заботы был устранен. Молодая супружеская пара больше не отвергала поддержки, она требовала ее: о чем вы только думаете, посуда уже неделю не моется, газон опять стричь пора, а холодильник абсолютно пуст. Родители после этого приходили только один раз, а потом своей помощи больше не предлагали («Детям пора становиться взрослыми!»).

---
Системная терапия направлена на то, чтобы подвигнуть семью на отказ от устаревших или плохо функционирующих правил (требующих больших затрат) и на адаптацию к измененным условиям. В принципе эти изменения в семье соответствуют переходу от ассимиляции к аккомодации, как это описывал Пиаже для интрапсихического развития когнитивных функций. Ставшее дисфункциональным регулирование затрагивает информационный поток в семье, проводимое вместе время, уровень правдивости отдельных членов семьи, степень их открытости, доверия и толерантности, распределение ответственности и ресурсов, а также многое другое.

Эти коммуникативные и поведенческие аспекты находят выражение в признаках семейной структуры, с помощью которых так называемые структурные семейные психотерапевты (Minuchin, 1977) определяют границы подсистем. Под ними понимаются границы между разными поколениями внутри семьи (бабушками и дедушками, родителями, детьми), а также между семьей и внешним миром. Если границы внутри подсистем менее проницаемы, чем между подсистемами, то это регулирование может быть функциональным, пока внешние обстоятельства или жизненный цикл не потребуют внести изменения. На рис. 41.2.1 представлены три примера нарушения границ.


Рис. 41.2.1. Три примера подсистем с границами различной плотности и коалициями


A. Два дистанцирующихся друг от друга родителя, мать все внимание уделяет ребенку, а отец — работе. Жизненный цикл требует, чтобы ребенок пошел в школу, и он уже перестает быть доступным для матери весь день.

Б. Родители ссорятся по любому пустячному поводу, и отец зачастую делится своими огорчениями со своей дочерью. Когда дочь вступает в пубертатный период, то, с одной стороны, интимность между отцом и дочерью становится проблемой, с другой стороны, она вызывает отношение соперничества с матерью.

B. Разведенный отец предоставляет право воспитывать ребенка своей матери и желает вновь жениться. Вторая жена не находит подхода к его ребенку и постоянно чувствует презрительное отношение свекрови.

Такие структуры зачастую несут отпечаток диспозиций, возникших в процессе развития, которые могут привести к боязни перед привязанностью, чрезмерной заботливости или страху потерять партнера. Возникающая при известных обстоятельствах полярность уже упоминавшихся параметров «интимность» и «контроль» дисфункциональна не сама по себе, а лишь при определенных обстоятельствах. Например, изоляция отдельных членов семьи, как это было описано Минухиным для цветных семей из низших социальных слоев, может способствовать автономии, важной для выживания в этом специфическом контексте. В свою очередь, семьи с сильными связями между членами могут предоставить весьма значительную поддержку. Строгий контроль за счет жестких правил может при внешней опасности обеспечить системе выживание, а более хаотично организованные семьи в зависимости от обстоятельств могут весьма креативно действовать во времена перемен.

При системной интервенции проводят различия между структурными и стратегическими мероприятиями. Структурные мероприятия направлены на прямое и активное переформирование паттерна отношений. Колапинто (Colapinto, 1991) выделяет три типа:

- рекомпозиция: из коммуникативных процессов исключаются индивиды (например, ребенок из коммуникации отца с матерью) или в них включаются новые индивиды (например, дистанцировавшийся отец);

- изменение симптома: переименование, обесценивание, стремление к замене новым симптомом и т. п.;

- структурная модификация: прекращение или содействие коммуникации, осуществляющейся по определенным каналам, предписание поведения, подкрепление поведения, индуцирование конфликта, роспуск коалиции, тренинг коммуникативных навыков.

Структурная интервенция кажется уместной, если система находится в нестабильном дисфункциональном состоянии, например в состоянии кризиса. Если же, напротив, состояние описывается скорее как стабильное и дисфункциональное, то необходимо принимать в расчет большую инертность системы относительно изменений. Семья, обращаясь за помощью к психотерапевту, в сущности рассчитывает только на устранение симптома, желая все остальное оставить по-старому. В таком случае более целесообразными кажутся стратегические мероприятия.

Стратегические мероприятия — это прежде всего так называемые методы парадоксальной интервенции (зачастую связанные с так называемым ритуальным предписанием) (Selvini-Palazzoli, Boscolo, Czecin & Prat, 1977). Чаще всего эти методы используют нижеприведенные стратегии, в которых одна форма интерпретации сопровождается одной формой предписания симптома. Иная интерпретация подчеркивает позитивное намерение семьи поддерживать гомеостаз. Необходимо учитывать, что уже позитивная интерпретация поведения носителя симптомов (например, ребенка) легко может привести к атрибуции вины другим членам семьи (например, родителям). Интерпретация должна быть в равной степени доброжелательной и «ядовитой» (Dell, 1981), и психотерапевт использует информационный раппорт для семьи в качестве «лазейки», через которую он может изнутри нарушить дисфункциональный баланс (Seltzer, 1986).

- Позитивная интерпретация негативного взаимодействия («спор свидетельствует о привнесении в него энергии участников»).

- Провокационная переоценка или недооценка симптомов для неожиданного изменения их значения.

- Симулирование симптомов и предписание («так Вы получаете возможность выяснить, почему это поведение для Вас важно»).

- Предсказание неудачи и предостережение от очень быстрого прогресса, чтобы избежать разочарования и вызвать чувство собственной ответственности за поведение.

- Предписание рецидива.

Парадоксальными предписаниями преследуются различные цели. Принимается в расчет страх перед изменениями. Но, с другой стороны, может быть вызван протест против такой интерпретации или предписания, за которым последует редукция симптома. При катастрофизации симптомов индивид побуждается к проявлению собственной инициативы и менее драматичному представлению ситуации, что опять влечет за собой редукцию симптома. Предписание симптомов или их симулирование тоже может привести к отказу членов семьи от своего прежнего поведения. Может произойти и изменение значения, когда осуществляется контроль над симптомом при исполнении предписания. Благодаря этому облегчается переход от контроля со стороны психотерапевта к самоконтролю. Наконец, члены семьи благодаря тому, что симптомы и их носители перемещаются в центр внимания, становятся более внимательными друг к другу. Но целью парадоксальной интервенции, как это было представлено в вышеприведенном примере, может быть и провоцирование изменений с помощью эскалации возбуждения при превышении прежних пограничных условий. При парадоксальной интервенции снижаются завышенные ожидания, что способствует проявлению собственной инициативы, а предписание рецидива может предотвратить негативные эмоции, вызванные временным ухудшением, и его катастрофизацию.

Такие формы интервенции должны учитывать специфичный контекст конкретной семьи и предполагают, что между психотерапевтом и членами семьи есть раппорт. Эти мероприятия должны устранить дисфункциональное, но стабильное регулирование. Парадоксальные предписания противопоказаны, по мнению Тодда (Todd, 1986), в актуальных ситуациях утраты, при угрожающей декомпенсации, насильственных действиях или суициде, при нежелательной беременности, потере работы и других аналогичных острых кризисных ситуациях. Существуют различные школы стратегической и структурной семейной терапии, которые различаются отчасти терминологией, отчасти комбинированием структурных и стратегических элементов. Различия касаются также показаний к индивидуальной терапии или ко-терапии, роли супервизии и использования терапевтического авторитета. Все школы убеждены в том, что не всегда выгодно объяснять членам семьи смысл терапевтической интервенции. У нас здесь нет возможности рассмотреть различные терапевтические школы; для этого лучше обратиться к первоисточникам (см. обзоры: Madanes, 1982, 1991; Weeks & L'Abate, 1979, 1982; Seltzer, 1986; Todd, 1986).


5. Заключение
Семейная терапия оценивается как многообещающая (Gurman & Kniskern, 1981). При этом необходимо иметь в виду, что нет единой семейной терапии. Всеми исследованиями средний уровень улучшения для семей, прошедших курс семейной терапии, оценивается в 73% (61% для супружеской терапии). Поведенческая супружеская терапия успешна прежде всего при нарушениях супружеских отношений средней тяжести, причем решающей компонентой является улучшение коммуникации. Оперантные методы очевидно противопоказаны при тяжелых расстройствах, но особенно успешны при терапии агрессии в отношениях между родителями и детьми (Patterson, 1975). Семейная терапия также показана при психосоматических проблемах в подростковом возрасте и при злоупотреблении наркотиками. Особый интерес в этой связи представляет тот факт, что результаты индивидуальной терапии при расстройствах отношений оцениваются скорее как неблагоприятные.

В целом, следует отметить явный недостаток исследований в этой области, поскольку многие семейные психотерапевты считают использование контрольных групп неприемлемым. Альтернативой является использование так называемой контрольной группы, получающей терапию по требованию («Treatment on Demand»-Kontrollgruppe; TOD; см. Gurman & Kniskern, 1981); участники контрольной группы начинают проходить курс терапии, а именно кризисной интервенции, только по требованию самой семьи (оценку см. также в главе 22).


6. Литература
Bach, G. R. & Wyden, P. (1968). The intimate enemy. How to fight fair in love and marriage. New York: Avon.

Bader, E. & Pearson, P. T. (1988). In quest of the mythical mate. New York: Brunner/Mazel.

Barbach, L. G. (1982). For Yourself: Die Erfüllung weiblicher Sexualität. Frankfurt/M.: Ullstein.

Berley, R. A. & Jacobson, N. S. (1988). Causal attribution in intimate relationships. In P. Kendall (Ed.), Advances in cognitive behavioral research and therapy (pp. 1-90). New York: Academic Press.

Bertalanffy, L. V. (1968). General systems theory: Foundations, development, applications (collected papers). New York: Braziller.

Bowlby, J. (1975). Bindung. Eine Analyse der Mutter Kind-Beziehung. München: Kindler.

Bradbury, T. N. & Fincham, F. D. (1992). Attributions and Behavior in Marital Interaction. Journal of Personality and Social Psychology, 63, 4, 613-628.

Christensen, A., Jacobson, N. & Babcock, J. C. (1995). Integrative Behavioral Couple Therapy. In N. S. Jacobson & A. S. Gurman (Eds.), Clinical Handbook of Couple Therapy (pp. 31-64). New York: Guilford.

Colapinto, J. (1991). Structural family therapy. In A. S. Gurman & D. P. Kniskern (Eds.), Handbook of Family Therapy (pp. 417-443). New York: Brunner/Mazel.

Dell, P. F. (1981). Paradox redux. Journal of Marital and Family Therapy, 7, 127-134.

Ellis, A. & Harper, R. (1961). A guide to successful marriage. Hollywood: Wilshire.

Epstein, N. & Eidelson, R. J. (1981). Unrealistic beliefs of clinical couples. The American Journal of Family Therapy, 9, 13-22.

Farelly, E. & Brandsma, M. (1986). Provokative Therapie. München: Jungfermann.

Feldmann, L. B. (1976). Depression and marital interaction. Family Process, 15, 389-395.

Frankl, V. E. (1975). Theorie und Therapie der Neurosen. München: UTB 457.

Gottman, J. M. (1993). A Theorie of Marital Dissolution and Stability. Journal of Family Psychology, 7, 57-75.

Grawe, K., Donati, R. & Bernauer, F. (1994). Psychotherapie im Wandel: Von der Konfession zur Profession. Göttingen: Hogrefe.

Gurman, A. S. & Kniskern, D. P. (Eds.). (1981). Handbook of Family Therapy. New York: Brunner/ Mazel.

Hafner, R. J. (1977). The husbands of agoraphobic women: Assortative mating or pathogenic interaction? British Journal of Psychiatry, 30, 233-239.

Hahlweg, K., Schindler, L. & Revenstorf, D. (1981). Partnerschaftsprogramme: Möglichkeiten zur Bewältigung. Heidelberg: Springer.

Haken, H. (1981). Erfolgsgeheimnisse der Natur. Frankfurt: Ullstein.

Hatfield, E. & Rapson, R. L. (1992). Similarity and attraction in close relationships. Communication Monographs, 59, 209-212.

Holtzworth-Munroe, A. & Jacobson, N. S. (1985). Causal attributions of married couples. Journal of Personality and Social Psychology, 48, 1398-1412.

Jacobson, N. S. (1984). Marital therapy and the cognitive behavioral treatment of depression. Behavior Therapist, 7, 143-147.

Johnson, S. M. & Greenberg, L. S. (1984). The differential effects of experimental and problem solving interventions in resolving marital conflict. Journal of Counseling and Clinical Psychology, 53,175-189.

Kelley, H. H. (1983). Love and commitment. In H. H. Kelley, E. Berscheid, A. Christensen, J. H. Harvey, T. L. Husten, G. Levinger, E. McClintock, E. Peplau & D. R. Peterson (Eds.), Close relationships (pp. 265-314). New York: Freeman.

Kelley, H. H., Berscheid, E., Christensen, A., Harvey, J. H., Husten, T. L., Levinger, G., McClintock, E., Peplau, E. & Peterson, D. R. (Eds.). (1983). Close relationships. New York: Freeman.

Kerckhof, A. C. & Davis, K. (1962). Value consensus and need complementary in mate selection. American Sociological Review, 27, 295-303.

Leary, T. (1957). Interpersonal diagnosis of personality. New York: Ronald Press.

Levenson, R. W. & Gottman, J. M. (1983). Marital interaction: Physiological linkage and affective exchange. Journal of Personality and Social Psychology, 45, 587-597.

Madanes, C. (1982). Strategic Family Therapy. San Francisco: Jossey-Bass.

Madanes, C. (1991). Strategic Family Therapy. In A. S. Gurman & D. P. Kniskern (Eds.), Handbook of Family Therapy (pp. 396-416). New York: Brunner/Mazel.

Masters, W. H., Johnson, V. E. & Kolodny, R. C. (1993). Liebe und Sexualität. Frankfurt/M.: Ullstein. Minuchin, S. (1977). Familien und Familientherapie. Freiburg: Lambertus.

Minuchin, S., Rosman, B. L. & Baker, L. (1981). Psychosomatische Krankheiten in der Familie. Stuttgart: Klett.

Olson, D. H., Sprenkle, D. H. & Russel, C. S. (1979). Circumplex model of marital and family systems. Cohesion and adaptability dimensions, family types and clinical applications. Family Process, 18, 3-28.

Patterson, G. R. (1975). Families: Applications of social learning to family life. Champaign: University Press.

Patterson, G. R. (1982). Coercive family process. Eugene/Oregon: Castilia Publishing Comp.

Percy, W. (1983). The Last Self-Help Book Lost in the Cosmos. New York: Farrer, Straus & Giroux.

Perls, E. S., Hefferline, R. E & Goodman, R (1951). Gestalttherapie, Teil I und Teil 11. Stuttgart: Klett Cotta.

Popper, K. R. & Eccles, R. (1977). The self and its brain. New York: Springer.

Prigogine, I. & Stengers, I. (1986). Dialog mit der Natur. München: Piper.

Reiter, L. (1983). Gestörte Paarbeziehungen. Göttingen: Vandenhoeck & Ruprecht.

Revenstorf, D. (1985). Psychotherapeutische Verfahren. Gruppen-, Paar- und Familientherapie (Bd. IV). Stuttgart: Kohlhammer.

Revenstorf, D. (1987). Der kognitive Trend in der Verhaltenstherapie bei Paaren. Hypnose und Kognition, 4 (2).

Revenstorf, D., Hahlweg, K. & Schindler, L. (1982). Streit in der Ehe. Aggression und Interaktion. Partnerschaftsberatung, 18, 90-108.

Sager, C. J. (1976). Marriage contracts and couple therapy. New York: Brunner & Mazel.

Schindler, L., Hahlweg, K. & Revenstorf, D. (1980). Partnerschaftsprobleme: Möglichkeiten zur Bewältigung. Berlin: Springer.

Seltzer, L. E. (1986). Paradoxical strategies in psychotherapy. New York: Wiley.

Selvini-Palazzoli, M. S., Boscolo, L., Czecin, G. & Prat; G. (1977). Paradoxon und Gegenparadoxon. Stuttgart: Klett.

Singer, M. T., Wynne, L. C. & Toohey, M. C. (1978). Communication disorders and the families of schizophrenics. In L. C. Wynne, R. Cromwell & S. Maghysse (Eds.), The nature of schizophrenia (pp. 243-256). New York: Wiley.

Tennov, D. (1981). Limerenz. Über die Liebe und das Verliebtsein. München: Pfeiffer.

Todd, T. (1986). Structural-Strategic Marital Therapy. In N. Jacobson & A. S. Gurman (Eds.), Clinical Handbook of Marital Therapy (pp. 71-106). New York: Brunner & Mazel.

Watzlawick, P., Weakland, J. H. & Fisch, R. (1974). Lösungen. Bern: Huber.

Weeks, G. R. & L'Abate, L. (1979). A compilation of paradoxical methods. American Journal of Family Therapy, 7, 61-76.

Weeks, G. R. & L'Abate, L. (1982). Paradoxical psychotherapy. New York: Bruner & Mazel.

Whisman, M. A. & Jacobson, N. S. (1990). Brief marital therapy. In R. A. Wells & V. J. Gianetti (Eds.), Handbook of brief psychotherapies. Applied clinical psychology (pp. 325-349). New York: Plenum Press.

Willi, J. (1975). Die Zweierbeziehung. Reinbek: Rowohlt.

Zilbergeld; B. (1968). Männliche Sexualität. Tübingen: DGVT.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   91   92   93   94   95   96   97   98   ...   101


База данных защищена авторским правом ©genderis.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница