Психология журналистики



страница15/26
Дата11.10.2017
Размер5.56 Mb.
ТипУчебное пособие
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   26

5.3. Роль воображения в журналистском творчестве
До сих пор мы рассматривали творчество как самостоятельный процесс. Однако творчество существует лишь в человеческом обществе. Зачем оно человеку?

Существует огромное количество теорий творчества, которые условно можно было бы разделить на социальные и психологические концепции.

Социальные концепции усматривают в творчестве один из механизмов социальных контактов людей (поскольку никто не вторит безадресно), ролевой механизм признак творчества – одна из социально одобренных ролей). В связи с этим говорят о существовании антиномии творчества (творчество за и творчество против, для и вопреки)

Психологические концепции видят в творчестве механизм приспособления к окружающему миру. Механизм преодоления фрустрации, снятия напряжения. В этом механизме последовательно задействуются психические процессы, перенаправляющие действие либидо.



Особую роль здесь играет фантазия. Вот как писал о фантазии Юнг: «Я считаю фантазию наиболее ярким выражением специфической активности нашей психики… она мать всяких возможностей… во всяком творчестве первенствующее значение принадлежит созидающей фантазии. Все великое было сначала фантазией… Фантазия есть непосредственное выражение психической энергии»172.
5.3.1. Механизмы воображения
Воображение опирается на механизмы пассивной памяти и ассоциативные ряды. Отправной точкой воображения всегда становится символ (камень в воде). Этот символ – тема фантазии. Он влияет на наше сознание на многих уровнях. По словам А. Эйнштейна, «воображение важнее знания, ибо знание ограничено. Воображение же охватывает все на свете, стимулирует прогресс и является источником его эволюции»173

Специфика журналистского творчества заключается в том, что таким камушком должны стать не случайные знаки, включающие восприятие, а факты. Именно журналистский факт выступает здесь в роли активатора творческих процессов. И это делает журналистское творчество самым неестественным, искусственным с точки зрения человеческой психики. Тогда, когда человек творит спонтанно, – это нормально. Но когда по необходимости – это следует искусственно тренировать. Действительно, для того чтобы механизм творчества запустился, неминуемо должен быть задействован и механизм сублимации. А он действует только под напором социального запрета. Журналистская же информация не только не запрещается обществом, но, напротив, запрашивается им. Поэтому здесь возможно создание имитационных механизмов, некоторые из которых с легкостью поддаются описанию:



  1. «Ленивые» ассоциации (уровень проявления воображения, соответствующий самому очевидному решению. Те ассоциации, что приходят в голову сразу).

А) со всеми семантическими соответствиями;

Б) со всеми словами, начинающимися на эту же букву;

В) со всеми словами, рифмующимися с этим словом;

Основная цель генерирования ассоциаций в том, чтобы ликвидировать сдерживающие стереотипные представление о возможности решения задачи;



  1. Картины-воспоминания (изменение события под напором новых «волн». Действует по принципу «что было в тот раз, когда точно так же…»);

  2. Активное ассоциативное творчество (использование приемов активизации воображения);

  3. «Бином воображения» - воображение, основанное на борьбе понятий (Анри Валлон в книге «Истоки мышления у детей» пишет, что мысль возникла из парных понятий: легкий появляется только в паре с тяжелым. «Основа мысли – это ее двойственная структура, а не составляющие ее отдельные элементы». Пара, двойка возникли раньше, чем единичный элемент). Для того чтобы бином воображения начал функционировать, два слова должны разделяться дистанцией, их соседство должно быть необычным. Стремясь установить родство между словами, воображение активизируется. Именно на основе такого воображения строится метод остранения В. Шкловского. Ну, например, слова:

шкаф пес

На основе этого сочетания может быть построено несколько картин воображения:



  • пес со шкафом

  • шкаф пса

  • пес в шкафу;

  1. Техника фантастических гипотез (Новалис писал, что гипотеза подобна сети: забрось ее, и, рано или поздно, что-нибудь да выловишь»). Техника такого воображения предельно проста. Она выражается в формуле: «Что было бы, если …»;

  2. Произвольный префикс (супермен – суперзабивальщик, мининебоскреб, минимилиардер, минигиппопотам);

  3. Конструирование герметического определения (загадка).

В основе - процесс остранения. Предмет опускается, но поднимается все, что мы о нем знаем. Такой процесс проходит 3 этапа:

  • остранение

  • ассоциация

  • метафора

Далее следует работа над формой подачи;

  1. Принцип «а потом?» (для аналитических материалов);

  2. Расчленение образа (очки, борода, улыбка…).

Характеризуя воображение, психологи отмечают две основные его составляющие: процесс преобразования представлений и создание новых образов на основе имеющихся. Синтез представлений в процессах воображения осуществляется в следующих формах:

  1. Агглютинация – элементарная форма синтезирования образов: предполагает «склеивание» различных в повседневной жизни соединяемых качеств, свойств, частей (русалка, кентавр и т.п.);

  2. Гиперболизация – характеризует не только увеличение или уменьшение предмета, но и изменение количества частей предмета или их смещений (многоголовые драконы);

  3. Заострение – подчеркивание каких-либо признаков (шарж, карикатура);

  4. Схематизация – происходит в том случае, если представления, из которых конструируется образ фантазии, сливаются, различия сглаживаются, а черты сходства выступают на первый план (растительный орнамент);

  5. Типизация – выделение значимого повторяющегося и воплощение его в конкретном образе.


5.3.2. Функции воображения в журналистском творчестве
В наше время, как и на всех этапах развития журналистики, воображение призвано выполнять весьма важные и разнообразные функции в границах публицистического творчества:

1. Формирование идеального образа будущего произведения. Этот образ (частично он отражен в рабочей идее) необходим журналисту для того, чтобы понимать, к какой конечной точке он должен следовать в своем творчестве. Подбор образа осуществляется по-разному. В случае, когда механизм воображения срабатывает очень быстро (например, по принципу так называемых «ленивых ассоциаций»), образ выстраивается мгновенно и впоследствии может не измениться. В ситуации же, когда идут серьезные поиски желаемого результата и используются более сложные механизмы воображения (например, метод герметического определения или предложенный В. Шкловским метод остранения), образы желаемого результата меняются один за другим и порой прорисовываются окончательно только к моменту завершения работы над текстом;

2. Разработка готового продукта на нескольких уровнях:

- на уровне преобразования представлений памяти, попытки точной реконструкции произошедшего события за счет акцентирования фактологического ряда элементарных выразительных средств174. Отметим, что даже при доминировании установки на наиболее точное воспроизведение события многие его параметры как бы дописываются автором. Одновременно автор проводит существенную работу по отбору фактов, которые в последствии причудливым образом скрещиваются, совмещаются или, напротив, дробятся в его произведении. В результате за счет более или менее эффективной реализации принципа экономии мысли рождается произведение, которое требует значительно меньшего усилия для понимания, чем породившее его событие. Именно этим эффектом ряд исследователей объясняет удовольствие, поучаемое аудиторией от явно примитивного, плоского истолкования сложных явлений многими публицистами;

- на уровне комментария за счет акцентирования образного и нормативного рядов ЭВС. В этом случае журналист нередко обращается к ассоциативным рядам, которые и являются основным механизмом воображения. Он осуществляет попытку восстановить в памяти имеющиеся аналогии, иные мнения и комментарии, собственные впечатления от увиденного. Все эти процессы если и включают механизмы памяти, то, по мнению многих исследователей, далеко выходят за ее пределы (к примеру, одно и то же событие мы можем оценить по-разному спустя день, неделю, месяц). То, что нам не удается вспомнить, мы «дорисовываем» с помощью воображения, и ни одна картина-воспонинание не содержит белого пространства, хотя, быть может, мы и не в состоянии восстановить в памяти все детали. Наиболее отчетливо реализация процесса воображения в оценочном ракурсе ощутима в заголовке. «Лебединая пенсия», «Театрариум», «Предвыборная путина» - все эти заголовки не только являют собой очевидный результат действия воображения, но и содержат совершенно определенные оценки;

- на уровне выбора формы – при построении сюжета, при изучении возможностей композиции, определении типа монтажа, подборе звукового ряда или иллюстративного материала и т.п. Здесь, как правило, журналистом руководит общий принцип психологической работы по формированию эстетически целостного и эффективно воздействующего материала – отмеченный Отто Ранком принцип энергии распределения аффекта175, когда текст структурируется таким образом, чтобы не спровоцировать моментальное «выгорание» напряжения аудитории;

- на уровне конкретизации стиля, и особенно – на уровне комбинаторики стилей, на уровне их взаимопроникновения, в рамках попытки уйти от шаблона;

3. Создание программы действия для достижения конечного результата. Эта функция вариативна и в силу относительной стадиальности журналистского творчества проявляется разнообразно:

- журналист должен вообразить, представить себе, какими источниками он воспользуется, в какой последовательности, какую информацию будет запрашивать у каждого из них, как зафиксирует и т.п. – воображение проявляется на этапе сбора информации;

- автор должен представить себе, как конкретно будет организован его творческий процесс (место, время, участники). Организующая функция воображения на этом этапе особенно очевидна в случае, когда творчество имеет явно выраженный коллективный характер. Так, при съемке телепередачи журналист, оператор, режиссер или другие участники съемочной группы должны обменяться общими представлениями о последовательности действий, о процессе съемки. Совершенно очевидно, что подобные схемы являются результатом действия механизма воображения, поскольку здесь каждый из участников процесса «вспоминает» будущее;

- журналист должен вообразить, как будет осуществляться правка материала.

На всех этих этапах, думается, творческий процесс опирается на уже упоминавшийся нами принцип О. Ранка – то есть мы становимся свидетелями неосознанного ухода журналиста от моментального бесполезного выгорания энергии. И этот процесс находит существенную поддержку в работе воображения;

4. Продуцирование образов, которые не программируют, а заменяют деятельность. Эта функция воображения (мы нередко называем такую его форму фантазией) играет существенную психотерапевтическую роль в работе журналиста. Опираясь на один из эффективнейших механизмов психологической защиты, журналист в данном случае компенсирует собственные неудачи, представляет себе, что событие развивается по идеальной модели, борется таким образом с внутриличностным конфликтом, часто проявляющимся в его напряженной деятельности. «Сон наяву» позволяет порой ликвидировать последствия мучительных аффектов, порожденных неудовлетворенными инстинктивными стремлениями. Вытесненное и отреагированное в этом «сне» нередко входит в структуру журналистского материала помимо воли автора или постфактум осознанно. Сигналы присутствия такой деятельности воображения рассыпаны практически по всем публицистическим текстам. Собственно эти сигналы и выстраиваемые на их основе структуры и формируют авторский почерк, позволяют журналистам по-разному, персонализировано оценить реальность. И хотя некоторые исследователи176 проводят четкую границу между активным (артистическим, творческим, критическим, воссоздающим, антиципирующим) и пассивным (грезовым, гипнотическим, сновидческим) воображением, в конечном журналистском продукте (как, может быть, в любом творческом продукте) участие этих двух типов воображения сложно разграничить.

Эти функции воображения хотя и не исчерпывают всю его значимость, сами по себе уже демонстрируют активное и многогранное его проявление в журналистском творчестве.



Для нас особенно важно заметить, что процессы журналистского воображения, как и любого воображения, основаны на отражении реальной действительности в новых, непривычных, неожиданных сочетаниях и связях. Таким образом, сам процесс воображения, проистекающий строго в границах принципа сочетания нового и узнаваемого, эффективен во взаимодействии с аудиторией и, как правило, запускает встречные реакции. Так, изменение монтажных связей по воле журналиста приводит к формированию принципиально различных картин события. К примеру:
Интеллектуальный монтаж

На прошлой неделе в больницу был доставлен 20-летний белогородец с многочисленными переломами.

Очевидцы рассказывают, что он совершал непонятные движения и пытался зачем-то схватиться за электрический кабель. Но что-то там не заладилось, молодой человек потерял равновесие и шмякнулся на землю с пятого этажа.

Выяснилось, что пострадавший имеет диагноз «мания бродяжничества». Во время обострений этого психического заболевания он чуть ли не полсотни раз сбегал из дома, причем уходить из дома и превращаться он предпочитал через балкон, несмотря на пятый этаж.
Обертонный монтаж

На прошлой неделе в больницу был доставлен 20-летний белогородец с многочисленными переломами.

Пострадавший имеет диагноз «мания бродяжничества». Во время обострений этого психического заболевания он чуть ли не полсотни раз сбегал из дома, причем уходить из дома и превращаться он предпочитал через балкон, несмотря на пятый этаж.

Очевидцы события рассказывают, что он совершал непонятные движения и пытался зачем-то схватиться за электрический кабель. Но что-то там не заладилось, молодой человек потерял равновесие и шмякнулся на землю с пятого этажа.
Совершенно очевидно, что при прочтении первого и второго варианта текста аудитория «вообразит» различные ситуации, несмотря на то, что речь идет лишь о перестановке двух абзацев. Более того, в первом случае аудитория, скорее всего, не ограничится одной лишь образной картиной. Ряд экспериментальных исследований подтверждает теоретическую догадку о том, что вслед за восприятием произведения наступает в уме распадение воспринятого фрагмента, комбинация различных его частей с находившимся ранее в уме запасом мыслей и представлений. А потому, как только в первом тексте у нас рождается догадка в форме законченной мысли, механизм воображения позволяет нам конструировать образ события. Интеллектуальный монтаж первого варианта текста дает нам возможность сформировать законченное суждение дважды, тогда как обертонный монтаж нацелен на формирование единичного суждения. Отчасти поэтому первый вариант, активизирующий процессы воображения аудитории более интенсивно, будет восприниматься читателем и как субъективно более интересный.
5.3.3. Виды воображения
Немаловажную роль в стимулировании читательского воображения играет и вариотизация его видов. В современной журналистской практике очевидно выражены несколько видов воображения.

1. Реалистическое воображениедоминирующее в журналистике. Оно, несомненно, составляет каркас журналистики новостной, образует основу информационной группы жанров. Как правило, такое воображение включает картины-воспоминания, но ими не ограничивается. Особенно ощутимо его присутствие в структуре фрагментов реконструктивного повествования и реконструктивного описания, когда автор заполняет многие пробелы, сообразуясь с собственными ментальными структурами. К примеру:
Только сейчас ученые назвали точные координаты уникального подземного «города мертвых» в Египте, расположенного в пустыне в 300 км к юго-западу от Каира. Катакомбы с множеством мумий, усыпанных золотыми украшениями, еще три года назад обнаружил крестьянин, чей ослик провалился в одну из погребальных пещер.

Спешно прибывшие египетские археологи установили, что захоронения были сделаны 2000 лет назад и ни разу не вскрывались. Чтобы не навести на них грабителей могил, ученые хранили втайне свои раскопки. И лишь на днях выставили в музее города Бавити несколько мумий и их золотые посмертные маски.

По мнению ученых, в подземном некрополе общей площадью в несколько квадратных километров покоятся забальзамированные останки 10 тысяч древних египтян. Уже обследовано 100 мумий.
В этом тексте реконструктивное повествование и описание очевидно выстраиваются на основе реалистического воображения (иные виды воображения представлены в тексте факультативно). Но даже в случае доминирования репортажного повествования, описания реалистическое воображение структурирует материал. «Мы воспринимаем мир монтажно, - отмечал В.Б. Шкловский, - то есть выделяем в мире то, что нам нужно, на что мы настроены. Остальное отодвинуто. Мы проявляем свою субъективность повсюду – и в обыденной деятельности, рассказывая друзьям о событиях прошедшего дня или излагая впечатления от очередного отпуска, и в акте творческого созидания…»177

  1. Романтическое воображение наиболее ярко проявляется в группе аналитических жанров. В его основе – острый диссонанс между представлением человека о мире идеальном и реальном. Такое восприятие в материале отражается в подчеркнутом ощущении катастрофичности происходящего, несправедливости жизнеустройства, противопоставленности Я журналиста и реальности или Я героя и реальности:


Сегодня Госдума рассматривает законопроект, который регулирует вопросы противодействия коррупции. В очередной раз Дума пытается принять закон, который не нужен стране, совершенно не опасен чиновникам, но очень эффективен как средство извлечения политических дивидендов.

Почему не нужен? Антикоррупционная стратегия должна состоять из как минимум двух частей: противодействия коррупционерам и противодействия коррупции. Против коррупционера есть Уголовный Кодекс, который криминализировал дачу взятки, получение взятки, злоупотребление служебными полномочиями. Для устранения же причин коррупции одним законом не обойтись.

Почему законопроект не опасен для чиновника? Основные инструменты предотвращения коррупции, которые закреплены в законопроекте, недееспособны. С одной стороны, ст.7 вроде бы устанавливает запрет для лиц, занимающих государственные должности, на определенный период занимать должности в коммерческих организациях, чья деятельность прямо или косвенно была ранее связана с исполнением своих полномочий…. Однако запрет устанавливается как-то робко: оказывается это и не запрет вовсе, а пожелание будущим борцам с коррупцией.

Таким образом, в случае принятия этого законопроекта можно будет констатировать только одно: одним бесполезным законом в России стало больше.
В отличие от литературно-художественного творчества, в публицистике «враждебность», несправедливость мира обретает, как правило, конкретные очертания, однако за счет глобализации проблемы журналист нередко выводит ее обсуждение на уровень вечных конфликтов – по крайней мере, в подтексте.

Такой тип воображения явно выражен в полемических материалах, где журналист противопоставляет свое отношение к действительности иному:


«Если тебя нет в Медиа, то тебя вообще нет». Спорить с автором формулировки я не стала, хотя и ежу понятно, что в Медиа не отметилось большинство наличного человечества, но это не означает, надеюсь, что человечества не существует.
Порой именно романтическое воображение позволяет автору емко, в одном образе конкретизировать истинное значение описываемого явления и субъективное ощущение катастрофичности, несправедливости мира далеко выходит за пределы собственных переживаний, трансформируется в объективную картину происходящего.

Поясним, что имеется в виду. Всем нам хорошо знакомы новости телеканала Евроньюс, идущие без комментариев. Один из сюжетов этих новостей был посвящен крупному международному саммиту, направленному на обсуждение проблем дискриминации. Мировая политическая элита – руководители стран-участниц, политические лидеры собрались вместе для того, чтобы обсудить и осудить разного рода неравенство – по половому, возрастному, расовому, религиозному и другим признакам. В новостных сюжетах звучала информация об искренней заинтересованности участников в формировании путей решения проблемы. Речь шла, по меньшей мере, о единодушном негативном отношении к различным формам неравноправия. Это - на словах. Оператору удалось уловить нечто большее. В кадре оказались улыбающиеся политики, по всем нормам этикета раскланивающиеся друг с другом во время перерыва, обменивающиеся дружелюбными рукопожатиями и всячески демонстрирующие терпимость, открытость, стремление к равноправию. И вдруг камера выхватывает в толпе человека иного рода – официанта, обходящего с подносом шампанского тех, кто выступает против дискриминации. Камера следует за ним, но внимание оператора привлекает не сам официант, а брезгливое выражение, проскальзывающее на лицах президентов, министров, партийных лидеров, когда этот человек предлагает им бокал. Люди, только что обсуждавшие проблему равноправия, презрительно морщатся, когда к ним подходит человек «не их круга». Это – только мгновение. Но это мгновение – большая удача оператора, «искусство непосредственной передачи лозунга», «кадр-иероглиф»178. Это – высокий профессионализм, снимающий с повестки дня вопрос об эффективности мероприятия, о его потенциальных результатах, о перспективности такого обсуждения. О чем могут договориться люди, в самих душах которых живет червь нетерпимости?

Очевидно, что в этой ситуации картинка диктуется персональным мировосприятием автора, реализующимся в форме романтического воображения. Но объективность оценки вряд ли может быть поставлена под сомнение верно созданным образом. И в этом случае журналист не пустословит и не «идет войной» на весь мир, а вскрывает проблему действительно глубокую, социально значимую.



3. Символическое воображение активно реализуется в художественно-публицистических жанрах. Собственно, именно символ, по мнению многих психологов, всегда является отправной точкой воображения. Именно символ «включает» механизмы пассивной памяти и определенным образом направляет формирование ассоциативных рядов. Результатом же работы символического воображения становится текст, являющий собой системный образ события, ситуации, процесса, явления, человека. Так, в публикации И. Карпенко «Вместо души PR»179 автор выступает против кощунственных высказываний журналистов о тяжелой болезни Патриарха. Реализуется идея: «Это не просто не соответствует журналистскому долгу, это – не по-христиански». Символическое воображение поддерживает идею и способствует формированию системного образа антихристианского начала циничных публикаций за счет фрагментов концентрации подтекста: «Серой пахнет», «Я даже думаю, что гаденько все это и недостойно. Нездешним веет холодком».

Структура таких текстов нередко сложная, многоуровневая – символическое звучание ее компонентов имеет множество толкований. Причем, чем более многозначным будет значение символа, тем больший интерес вызовет текст: возможность угадать, разгадать, декодировать информацию в различных аспектах всегда вызывает реакцию удовольствия, природа которого хорошо описана в психологии.



  1. Антиципирующее воображение основано на способности человека предвосхищать события, предвидеть результаты тех или иных поступков. Оно входит в структуру любой деятельности – и журналистской в том числе. Так, в ситуации прямой трансляции с места события корреспондент опирается на антиципирующее воображение в предупреждающем режиме – для того, чтобы понять, о чем следует сказать дальше и чем завершить процесс информирования. Мы можем и не заметить присутствие этого воображения в итоговом материале, и тем не менее значение его велико – оно заключается в опережающем отражении действительности, приспособлении к будущим событиям. В конечном итоге, функционирование этого вида воображения способствует самосохранению человека. А потому присутствие антиципирующего воображения в тексте с интересом воспринимается аудиторией. Яркий пример такого типа материалов – тексты, выстраиваемые на основе прогнозирования:


22 декабря состоится рабочий визит В. Путина на Украину. В Киеве он примет участие в первом заседании межгосударственной комиссии Путин-Ющенко…

По нашей информации, на встрече двух президентов будут обсуждаться 4 основных вопроса.

Во-первых, В. Путин постарается убедить В. Ющенко повременить во вступлением его страны в НАТО…

Во-вторых, российский президент попытается убедить украинского присоединиться к договору о вступлении в Единое экономическое пространство с РФ, Белоруссией, Казахстаном…

В-третьих, президенты подтвердят незыблемость двустороннего договора…

В-четвертых, г-н Ющенко гарантирует В. Путину беспрепятственную прокачку российской нефти и газа…
Фрагментарно этот тип воображения встречается в материалах, где журналист лишь в нескольких фразах рассуждает о возможных последствиях, результатах чьей-либо деятельности:
В новый «выборный» год депутаты входят с серией утвержденных социальных инициатив…

Скептик скажет – «тришкин кафтан» делят. Посмотрим: до воплощения светлых новогодних (читай – предвыборных) пожеланий осталось буквально ничего… Просто «начать и кончить».
На основе антиципирующего воображения на телевидении выстраивается «эффект Кулешова»: аудитория интерпретирует кадр в зависимости от контекста, во многом предвосхищая событие, которое еще только будет показано.

  1. Сказочное воображение проявляется тогда, когда журналист создает некий вымышленный мир, функционирующий по своим, внутренне непреложным законам. От сказки литературной, фольклорной сказка журналиста отличается тем, что в этот мир переносятся проблемы реальности, и на материале вымышленной среды ведется обсуждение актуальных в обществе вопросов. Примером активного функционирования такого типа воображения может считаться передача «Куклы», в каждом выпуске которой создается искусственная среда, новые, но узнаваемые персонажи, и в этом контексте осуществляется информирование аудитории.

Сказочное воображение очень тесно соотносится с современным мифотворчеством. Е.Е. Пронина отмечает180, что мифотворчество очевидно наблюдается, например, в информационно-коммерческой прессе. Здесь часто можно встретить материалы, отражающие паракультурные образования массового обыденного сознания, в которых взаимно дополняют друг друга научное и мифологическое, рациональное и иррациональное, предметно-практическое и суеверно-мистическое восприятие мира. Сказка в большей степени, чем миф, приближена к журналистской практике. Миф – форма существования сознания, и массового в том числе, сказка – инструмент формирования этой формы. Журналистика – канал воздействия этого инструмента (как некогда устные предания). Поэтому сказочное воображение пронизывает всю журналистику и уж тем более легко обнаружимо в рамках рекламы. Можно обозначить издания, в основе своей построенные на сказочном воображении, на конструировании квазинаучной мифологии («Аномалия», «Незримая сила», «Оракул», «Чертовщина»).

  1. Фантастическое воображение основано на привнесении вымышленных элементов в существующую реальность. В отличие от воображения сказочного, здесь не создается искусственная среда. Сохраняется реальный мир с его принципами и правилами. Однако в этом реальном мире по воле журналиста появляется вдруг то, что вряд ли можно классифицировать как реально существующее. Иногда вымышленные элементы являют собой факты, иногда – оценки. К примеру, один из нашумевших новостных сюжетов НТВ о глобальном потеплении с фактической точки зрения не содержал ничего вымышленного, но с точки зрения оценочной – безусловно был построен с опорой на фантастическое воображение: перечисление событий, связанных с необычно высокой температурой в декабре 2006 года, цементируется рефреном «завтра апокалипсис». Жизнь показала: информация об апокалипсисе вновь оказалась несколько преждевременной. Апокалиптические, эсхатологические материалы вообще тяготеют к такого рода воображению. Достаточно вспомнить другой сюжет НТВ (январь 2006 г.) – о грозящем нам вымирании от птичьего гриппа, - для того чтобы понять, что такие тексты далеко не эпизодичны. Более того, современная журналистика, тяготеющая к использованию дестабилизирующей, эпатирующей информации, актуализирует этот тип воображения («Очень страшная газета», «Новая страшная газета»). Подобная актуализация не всегда заметна. Иногда фантастическое воображение «маскируется» под реалистическое – журналист вроде бы оперирует фактами, цифрами, процентами. Однако нередко за этими процентами стоят лишь общие впечатления журналистов, весьма субъективные:


Сезонные предложения, как правило, отличаются слегка повышенной на 0.25-1% процентной ставкой по сравнению с обычными вкладами. К сожалению, с каждым годом новогодние предложения становятся все скупее.
В каких банках? С какого срока ведется наблюдение за сезонными спецпредложениями? Ведется ли вообще? Достаточны ли основания для столь общих утверждений? И не напоминают ли они расхожие фразы многих журналистских материалов «большинство россиян», «более 80% россиян», «все больше россиян»…

Не хотелось бы, однако, чтобы сложилось впечатление о том, что функция фантастического воображения заключается лишь в искривлении реальности. Его роль в журналистике куда глубже. Так, именно этот тип воображения помогает публицисту включить в структуру документального рассказа вымышленные, но работающие на идею текста, не искажающие реальность элементы. Этот тип воображения позволяет публицисту создать яркие картины в системе аргументации и убедить аудиторию в верности своих оценок:


Конечно, надо признать подавляющее техническое и организационное превосходство англо-американских войск. Это была почти как война туземцев с луками и копьями против вооруженных пушками и пулеметами колонизаторов (о событиях 2003 года в Ираке).
Наконец, без такого типа воображения сложно представить себе материалы версионного характера.

  1. Воображение-одухотворение. Актуализируется в информировании о событиях, имеющих сильный эмоциональный фон - о личных трагедиях и глобальных катастрофах, о праздниках и зрелищах, о достижениях. Именно поэтому в текстах такого рода мы в изобилии встречаем эмоционально маркированную лексику. Очевидно присутствие этого воображения в информировании о победах в области спорта, культуры. Нередко оно проявляется в рассказе о простом человеке, личностные или профессиональные качества которого восхищают журналиста.

Иногда воображение-одухотворение помогает журналисту глобализировать ситуацию, акцентировать проблему, обратить внимание на то, чем, кажется, уже никого не удивишь, но что нуждается в обсуждении:
Я сейчас скажу все, что думаю о наших светофорах, о наших переходах, о наших парковках и дорогах! /…/ Мне ответят – есть правила и нормы. Я отвечу – да дурные эти правила и вредны эти нормы. Не для человека они. По крайней мере, не для пешехода!
Справедливости ради необходимо отметить, что в определенном смысле этот вид воображения дискредитировал себя. В советской журналистике он активно использовался в отчетах о достижениях – существующих и не существующих. Эта традиция продолжилась и в пафосных текстах, восхваляющих деятельность современных чиновников разного уровня, и в структуре предвыборной агитации, и в многочисленных заказных материалах:
В нашем банке новогодняя акция проходит уже третий год. За это время она стала одной из самых популярных среди клиентов! Удобный срок размещения – 3 месяца, как раз на период новогодних каникул, когда многие уезжают в отпуск и оставлять деньги и опасно, и нерационально… Многие из них после окончания срока действия вклада не забирают деньги из банка, а перекладывают их на другие депозиты аналогичных сроков или длиннее.
Подобная дискредитация тем более обидна, что обесценивает информацию о действительно важных достижениях. Так, материалы о настоящем героизме русского человека, приуроченные к годовщине победы в Великой Отечественной войне, вызывали иногда отторжение не столько в информационном, сколько в эмоциональном плане. В современной психологии широко функционирует термин «эмоциональное выгорание» - когда человек переходит через отмеренные ему границы эмоционального реагирования, и яркий эмоциональный фон события начинает раздражать независимо от позитивности его содержания. В данном случае мы часто становимся свидетелями действия механизма десенсибилизации, когда чрезмерные эмоциональные переживания приводят к очерствению аудитории (вспомним информационную драму гибели подводной лодки «Курск»).

  1. Воображение–вживание. Основано на стремлении посмотреть на ситуацию глазами другого человека. Проявляется уже на этапе сбора материала. В частности, воображение-вживание соотносится с действием механизма эмпатии. Некоторые исследователи напрямую отождествляют эти два психических процесса, что представляется чрезмерно прямолинейным, поскольку и эмпатия не сводится только в воображению, да и воображение эмпатией не ограничивается. И все же на этапе беседы установка на проникновение в особенности личности интервьюируемого заставляет журналиста опираться на воображение-вживание. Ярко проявляется этот вид воображения и в методе смены профессии.

В тексте воображение-вживание мы можем зафиксировать тогда, когда журналист рассказывает о событии глазами его участников (например, о детском празднике – глазами ребенка, о монетизации льгот – глазами пенсионера и т.п.):
Нынешние цены на препараты делают их вовсе недоступными для большинства - именно большинства, я на этом настаиваю – россиян.

Как я – пожилой человек, вынужденный большую часть пенсии тратить на квартплату, - могу купить препарат, стоящий на порядок дороже этой самой квартплаты?

Как я – мать, воспитывающая нескольких детей, - в период эпидемии могу вылечить свою семью лекарствами, полностью «покрывающими» все имеющиеся в семье сбережения?!

Как я – директор детского дома (да-да, совестливый директор!) - могу помочь детям вылечиться от заболеваний, по причине которых их бросили родители?!!

В целом же информация, полученная с использованием метода интервью и переданная затем в монологической форме только тогда будет эффективно изложена журналистом, когда он сможет «вжиться» в логику рассуждений человека, понять его мотивы, желания, страхи и ожидания.



9. Воображение-сообразование основано на попытке примерить реальность внутреннюю и внешнюю. Очень часто такой вид воображения включается вслед за воображением романтическим. Ощущая противопоставленность своего и иного мировосприятия, журналист все же пытается понять иную точку зрения, допускает ее существование, объясняет возможность других трактовок описываемого события. Нередко такой тип воображения становится основой по-настоящему глубоких аналитических материалов, в которых журналист четко конкретизирует свое отношение к проблеме, но при этом рассуждает о достоинствах и недостатках иных точек зрения.

Помню, ничего не было в институте более занудного, чем лекции по марксизму. Преподаватель механически повторял абстрактные формулировки – «товар-деньги-товар», «диктатура рабочего класса»…

Полагаю, если бы преподаватель научного коммунизма заявил с кафедры, что ленинизм-большивизм не имеет ничего общего с марксизмом, а проклинаемые ревизионисты и еврокоммунисты и есть настоящие марксисты – аудитория мгновенно проснулась…

Марксизм был смешан не только с ленинизмом, сталинизмом, но и с расизмом, фашизмом и прочими ужасами тоталитарного ХХ века, - хотя я теперь понимаю, что к марксизму все это имеет очень отдаленное отношение. Как говорится, пуганая ворона куста боится…
Тактика сотрудничества в поиске истины всегда опирается на воображение-сообразование. Без него невозможно, к примеру, представить себе по-настоящему грамотный процесс ведения аналитического ток-шоу, эффективно выстроенный диалог в формате студийной беседы.

Как уже отмечалось ранее, фиксируя один из видов воображения, журналист стимулирует аудиторию к его воспроизведению, заставляет аудиторию пройти его путь. Если этот путь сложен, а соответствующий вид воображения для читателя нетипичен, процесс восприятия информации может быть нарушен. Но обычно на уровне приемов акцентуация разных типов воображения «работает» в достаточной степени эффективно. За разнообразными ассоциациями журналиста, возникающими в ответ на определенный образ или символ, обнаруживается первичный импульс, скрытый в данном образе. Восприятие картин, рожденных воображением журналиста, нередко может вызвать у аудитории встречные ассоциативные ряды, которые, с одной стороны, рождают ответный импульс, а с другой, будучи вербализованы и поняты, расширяют горизонты человеческого сознания.



Имея в своей основе процесс снятия напряжения, задействуя поисковые механизмы, используя постоянство метаболизма между индивидом и средой, воображение, как правило, стимулирует реакцию удовольствия – конечно, в том случае, если его использование не чрезмерно. Связи воображаемого и реального иногда бывают довольно тонкими, едва уловимыми, виды воображения (и не только те, что отмечены в статье) в одном тексте смешиваются, наслаиваются, механизмы воображения адресата и адресанта могут отличаться по многим параметрам и, безусловно, воображение может стать одним из источников шумов, столь нежелательных в сфере информирования. «Сообщение может не только передавать информацию, но и отбирать ее», - справедливо замечает У. Майлс181. Однако широкий диапазон эстетических средств реализации механизмов воображения, свободное варьирование его видов напротив, могут способствовать росту профессионального мастерства журналиста, тогда как вынужденная беднота палитры рождает непонимание аудитории.

Все эти виды воображения сочетаются в произведениях журналистов и создают очень прихотливый рисунок. Однако было бы крайне примитивно и неосторожно сводить процесс творчества только к процессу воображения. Воображаем мы все, но не все творим. Творчество можно выразить формулой: Т=В+ЭК, где В – воображение, а ЭК – эстетический компонент.

Эстетическое вступает в силу только тогда, когда с помощью воображения образ уже намечен, определены основные его черты. Здесь мы пытаемся придать содержанию образа приемлемую форму. Эстетический компонент творчества – это плод эстетического созерцания, которым мы занимались всю жизнь. Это результат действия ориентационного мотива и мотива социального одобрения. Те творческие личности, которые исключают эти мотивы (причем только умышленно) из процесса эстетической обработки и ориентируются на собственные вкусовые ощущения (которые, впрочем, все равно складываются в социуме), те личности, как правило, остаются не понятыми. В журналистике это означает профессиональную смерть.

Эстетический компонент не сконцентрирован только на форме. Он совершенно отчетливо выступает в содержании. И если мы говорим о публицистике, важной кажется мысль Отто Ранка о том, что если мы хотим создать произведение, круг воздействия которого не ограничивается только очень коротким сроком (а некоторые публицистические тексты доказали такую возможность), мы должны опираться на общечеловеческую основу. «В существе своем все инстинкты людей однородны, - пишет Ранк, - и потому сон наяву также не обходится без этого базиса: разница заключается в том, что в фантазии художника на первый план без его содействия выступают общечеловеческие черты, что делает возможными аналогичные переживания зрителей или слушателей»182.

Здесь уместно было бы привести теорию архетипов, которые по мнению К.Г. Юнга воспроизводятся в искусстве, «всплывают» в нем из коллективного бессознательного. Это - устойчивые структурные схемы, предпосылки образов. В качестве важнейших архетипов Юнг выделяет архетипы «Матери» (вечная бессмертная бессознательная стихия), «Дитяти» (начало пробуждения индивидуального сознания, связь с изначальной бессознательной недифференцированностью, антиципация смерти и нового рождения), «Тени» (бессознательная часть личности, демонический двойник), «Анимуса», «Анимы» (бессознательное начало личности мужчины и женщины соответственно, выраженное в образе противоположного пола), «Мудрого старика», «Мудрой старухи» (высший духовный синтез сознательного и бессознательного). К обычным архетипическим сюжетам психоаналитическое направление относит сюжет чудесного спасения, сюжет младшего брата, классический треугольник в сексуальных отношениях и некоторые другие. Эти образы и сюжеты постоянно эксплуатируются производителями мыльных опер, однако их включение в журналистские и рекламные материалы может оказать сильнейшее эстетическое воздействие на аудиторию.

Средства эстетического воздействия можно подразделить на внутренние и индивидуальные и внешние и технические. Первая группа средств базируется на принципе энергии распределения аффекта. Для того чтобы событие, зафиксированное в журналистском тексте, произвело должное впечатление, нужно так выстроить его структуру, чтобы дать возможность аффекту моментально бесполезно возгореться. Аффект должен повышаться медленно, должен достигнуть максимального напряжения. Только тогда наступает реакция, почти полностью поглощающая аффект. Журналист выбирает для каждого материала различный вид обработки, для того чтобы достигать при помощи перемежающего нарастания и замедления действия максимального аффекта, достижимого при помощи данного материала. Экономия аффекта характерна для талантливого человека, тогда как текст, построенный вопреки экономии, возможно и получит высокую оценку, но не вызовет глубокого впечатления.

Экономия аффекта, как правило, сопровождается экономией мысли, во имя которой в художественном произведении все должно быть построено мотивированно и без логических пробелов. В отличие от жизни, в которой этих пробелов бывает более чем достаточно. В жизни событие и мысль о событии разделены, в произведении они сливаются. За счет этого осуществляется эффект экономии усилий. Максимальная концентрация и экономия достигается удачно созданными образами (особенно остротами, образами сатирическими), которые легко дешифруются и потому вызывают эстетическое наслаждение.

Еще один эффект этого наслаждения можно связать с детскими переживаниями, когда мы, обучаясь говорить, с восторгом осознавали, что это звуковое сочетание дает один эффект, а это – другой. Такая игра в звуки и слова продолжается у творчески одаренного человека всю жизнь.

При помощи таких мелких приятных впечатлений создается и постепенно повышается психическое напряжение, которое заставляет аудиторию идти до конца в освоении медиапространства, пока напряжение не будет снято и не наступит разрядка.
5.4. Методы активизации творческого процесса
Прежде всего, необходимо оговориться, что развитие творческих способностей человека – спонтанное ли, целенаправленное ли, - так или иначе происходит в соответствии с общими законами развития жизни, которые трансформируются в законы творческой эволюции. Эти законы диктуют определенные условия, при которых мы можем в принципе рассчитывать на результат. И если журналист хочет развить у себя креативный потенциал, законы должны быть им учтены:

1. Развитие творческих способностей в контакте со средой. Поскольку, согласно теории отражения, психическая жизнь человека невозможна без контакта с окружением, развитие творчества как в большой степени совокупности психических процессов без взаимодействия с реальностью невозможно. Среда по-разному воздействует на человека в зависимости от многих внешних и внутренних факторов. Она может не только развивать, но и подавлять творческий потенциал личности. Но без нее этот потенциал в принципе непредставим. Чем шире у человека диапазон способов взаимодействия со средой, тем скорее он найдет максимально эффективные механизмы саморазвития во всех сферах – и в творчестве в том числе. Следовательно, журналисту важно развивать все формы контакта со средой, включая собственные наблюдения, сообщения СМИ, замечания других людей. Вообще важно, чтобы в основе этих контактов находилось взаимодействие с людьми, обладающими индивидуальными реакциями на происходящее. Такие контакты помогут журналисту выработать свой набор способов отражения мира. И не только выработать, но и постоянно расширять его.

2. Генетическая детерминированность творчества. Какой бы ни была среда, могут быть развиты только те качества, которые даны человеку от рождения. С профессиональной точки зрения важно как можно раньше выявить сильные составляющие собственного креативного поведения и развивать их как можно более эффективно. При этом нужно понимать, что потенциал человека безграничен, и чем интенсивнее развиваются разные стороны его личности, тем ярче он может реализоваться и в профессиональной сфере. Поэтому развитие способностей журналиста важно осуществлять по всем видам творчества – художественному, исследовательскому, оперативному.

3. Необратимость развития. Человек не может вернуться к простейшим формам действий. Это неизбежно влечет за собой деградацию. Окунувшись в творческий процесс, человек обретает в нем потребность - потребность в определенном функционировании и стиле деятельности мозга, направленном на решение новых задач. И ни в коем случае творческий человек не должен соглашаться на ограничение своего потенциала только рутинной работой (хотя без последней в журналистике не обойтись). Важен постоянный поиск компромисса между творчеством и ремесленничеством.


5.4.1. Техники стимулирования творческих способностей
Эти три закона реализуются на всех этапах творческого процесса, и обращение к ним определяет направления развития творческих способностей журналиста. Так, на этапе восприятия, накопления информации важно активизировать:

1. Умение воспринимать мир глазами художника, мыслителя и творца, способного к проявлению интеллектуальной инициативы. То есть постоянную нацеленность на поиск идеи всего происходящего, причины, формы и цели ее бытия. Такое умение может быть развито через постоянную попытку постичь замысел другого творца – независимо от сферы творчества;

2. Стремление к творческому, чувственному контакту со средой. Оно способно обратить вспять старение процесса восприятия, связанное, по мнению психологов, с засорением нашего сознания ярлыками, шаблонами, штампами183. Художнику надо заново учиться «читать» сигналы этого мира;

3. Способность к объемному, аналитическому восприятию. То есть возможность познавать происходящее всесторонне. Нередко журналист, побывавший на месте события, может описать, что он видел, а вот что он слышал – нет. Спросите его, какая была погода, о чем болтали прохожие, были ли еще какие-то звуки, шумы, запахи, - и он растеряется. А ведь эти детали необходимы человеку для полноты впечатления и для успешного формирования достоверного образа184.

4. Потребность видеть новое в обычном. Эксперименты показывают следующее. Если задать человеку вопрос: «Что нового вы видели сегодня?» - он не всегда сможет ответить. Но если задавать этот вопрос каждый день в течение недели-другой, выработается установка на поиск нового, и список будет расширяться изо дня в день. Работа журналиста в этом плане – благодатное поле для развития. Установка на новизну сопровождает всю его деятельность. Важно не поддаться рутине и текучке.

На этапе рекомбинации также важно обращать внимание на стимулирование некоторых способностей:

1. Способности преобразующего видения. Когда в самом процессе восприятия человек уже меняет образ отражаемого предмета или явления. Подобно тому, как ребенок в облаке сразу видит второй, третий, десятый смысл, журналист в происходящем сразу выхватывает идею, тему, сюжет, конфликт;

2. Способности к синтетичности восприятия – то есть умения устанавливать моментальные связи между различными качествами объекта и принимать комплексные сигналы. Это умение помогает на месте определить, где происходят наиболее значимые события, у кого лучше взять интервью, какие факты стоит фиксировать, а какие – нет. В конечном итоге без такого качества принципиально невозможно создать глубокий аналитический материал;

3. Способности образного видения. То есть моментального выстраивания ассоциативных связей относительно наблюдаемого объекта, который при этом не тормозит восприятие реальности.



На этапе воспроизведения самое важное, пожалуй, это стимулирование творческой работоспособности. Прежде всего, она проявляется в поиске целевого образа (насколько сложную задачу ставит перед собой журналист) и в готовности к его достижению (какой уровень достижения образа будет принят как удовлетворительный, какова помехоустойчивость человека). Чем дальше человек готов идти в этом направлении, тем выше его творческая работоспособность. Такая работоспособность проще всего стимулируется в случае, если человек смещает акцент с вопроса «что» на вопрос «для чего»: не «что я расскажу об этом событии читателям», а «для чего я расскажу читателям об этом событии».

В конечном счете, развитие творческого начала предполагает стимулирование некоторых основных способностей:

1. Способности самостоятельно видеть и актуализировать проблемы;

2. Способности самостоятельно искать пути для воплощения тем, определенных обнаруженными проблемами;

3. Способности эффективно использовать специальные профессиональные навыки и включать их в творческий стиль деятельности.

Стимулировать творческий процесс возможно различными способами, принципиально сводимыми к нескольким приемам. Прежде всего, необходимо «разгрузить» нашу психику, снять убежденность в серьезности и срочности решения проблемы, а потому методы, как правило, включают игровой элемент, который отодвигает саму задачу на второй план. Далее, необходимо использовать наводящие стимулы, близкие к теме. Такие стимулы могут рождаться, например, во время беседы при обсуждении проблемы и активизируют ассоциативные ряды. Затем необходимо использовать дробление проблемы, что снимает фактор ее значительности и позволяет легче справится с ситуацией. Наконец, следует фиксировать промежуточные результаты, ибо каждый из них может спровоцировать затем верное решение. Все эти общие принципы построения стимулирующей ситуации должны сопровождаться учетом психологических качеств личности. Например, какой-то человек определенно знает, что не может работать в шумной среде, а какому-то человеку, напротив, требуется деловая, напряженная обстановка.

А. Грецов185 обозначает и несколько принципов, лежащих в основе тренинга креативности:

1. Моделирование ситуаций новизны и неопределенности – когда отвергается всякое внешнее сходство с той деятельностью, которой реально занимается человек. Это позволяет одновременно и снизить страх некомпетентности, и нейтрализовать действие стереотипов, и в каком-то смысле убрать барьеры в оценке предлагаемых решений как ценных или бессмысленных;

2. Игровой характер взаимодействия – когда отсутствует хотя бы какой-нибудь возможный намек на прагматичность, на реальность применения результата. И главное – процесс, действие становится важнее результата;

3. Позитивная обратная связь – когда участники процесса отказываются от критики. Нельзя отрицать. Можно только добавлять, развивать, трансформировать. Похвала, одобрение создают благоприятный положительный настрой на стадии генерации идей;

4. Баланс между интуицией и критическим мышлением – когда появляются условия, формирующие потребность переходить от спонтанности, интуитивности к логическому мышлению на этапе постановки проблемы и оценки вариантов при выстраивании основной стратегии;

5. Ретроспективное выстраивание параллелей между содержанием тренинга и жизненным опытом – когда дается объяснение, какие же именно психологические механизмы оказались задействованы, и как теперь ими можно эффективно воспользоваться в реальной ситуации, как активизировать эти качества в типичных условиях;

6. Широкое использование средств визуальной и пластической экспрессии – когда задействуются все каналы восприятия информации. Здесь могут быть применены и рисунки, и драматические постановки, и мимическая пластика, и пантомима, и аудиоэксперименты. Прежде всего, этот подход расширяет инструментарий, приводит к активизации различных ассоциативных каналов и, наконец, просто раскрепощает участников.

Наиболее популярные из известных методов психологической активизации творческих процессов - мозговой штурм, синектика, метод фокальных объектов. Все они построены на искусственном стимулировании ситуации творчества со всеми ее стадиями.



Синектика (Synectics) — метод стимулирования творческой активности, в котором создаются особые условия, стимулирующие выдвижение неожиданных и нестереотипных аналогий и ассоциаций к поставленной задаче.

 Это модифицированный вариант классического брейнсторминга, т.е. техники получения искомого в результате упорядоченного коллективного обсуждения. Технология была представлена в 1960 году Уильямом Гордоном, а до этого, в 40-х годах ХХ века, в общих чертах разработана американским психологом Осборном. Она  предусматривает переход к брейнстормингу группами профессионалов. Решение задачи начинается с ознакомления – «проблема, как она дана». Никогда нельзя принимать на веру задачи, сформулированные другими. Проблему превращают в задачу, как она понимается. Идет собственно решение, основанное на превращении привычного в непривычное и наоборот. Используется широко употребимое в теории систем решение через аналогию. Гордон предложил четыре вида аналогий для брейнсторминга:

1. Прямая аналогия - рассматриваемый объект сравнивается с более или менее аналогичным объектом из другой отрасли техники, или с объектом из живой природы;

2. Личная аналогия - напрямую связана с театром эмоций (метод эмпатии), решающий задачу человек вживается в образ совершенствуемого объекта, пытаясь выяснить возникающие при этом чувства в стиле "Я -такое дерево, я - белая ворона, которая хочет окраситься.";

3. Символическая аналогия - обобщенная абстрактная аналогия, предмет ассоциируется с самым главным признаком, остальные отбрасываются;

4. Фантастическая аналогия - в решение задачи вводят сказочные элементы - маленьких человечков, живую воду, саламандр, демонов Максвелла. Со временем у них появляются названия из реальности. То есть синектика - это один из организационных приемов коллективного творчества. Это способ организации процесса. Обсуждение идет около 30 минут. Участникам предлагается предъявлять все идеи, даже самые бредовые. Затем идеи обсуждаются и выбирается правильное решение.



Метод фокальных объектов состоит в перенесении признаков случайно избранных объектов на тот, который нужно обдумать. Необычные сочетания стимулируют рождение идей186.

Метод морфологического анализа состоит в том, что в процессе обсуждения проблемы сначала выделяют ее главные характеристики, выстраивая как бы «оси». На каждую из них мысленно «нанизывают» всевозможные комбинации элементов. При этом рождаются интересные идеи. Например, создавая материал о человеке, вы можете выбрать в качестве оси его обаяние, работу, любовь. В качестве элементов вы выбираете отдельные поступки, отношения.

В этом методе используются записи. На листе рисуются три-четыре оси и на них подписываются элементы, которые затем меняются местами.



Метод контрольных вопросов заключается в том, что, когда материал в целом готов, вы к каждому предложению пробуете найти альтернативу, задавая вопрос «А если наоборот?» «А если это убрать?», «А если об этом сказать в конце?» «А если это заменить на…» Иногда такая работа позволяет значительно усовершенствовать композицию материала.


    1. 2. «Ага-переживание» как универсальный механизм творческого мышления

Для того чтобы все эти процессы были возможными, внутри человека должна быть какая-то пружина которая делает поглощение информации событием не только полезным, но приятным именно через СМИ. Здесь вводится термин «Ага-переживание».

Ага–переживание — термин, обозначающий приятный, чувственный тон, возникающий в результате успешного завершения ряда продолжительных попыток решить проблему по установлению связи между предметами. Этот феномен первоначально был описан в 1908 г. К. Бюлером.

«Ага-переживание» доставляет человеку подлинное счастье, а поэтому выступает мотиватором деятельности. Оно – основа решения всех жизненных задач. Давайте разберемся, как это происходит.

Мозг человека - замечательный вычислитель. Наверное, как вычислитель он в какой-то мере сродни компьютеру, но только не современному, еще только делающему свои первые шаги, а тому, который может быть появится через сто - двести лет. И поэтому простые вычислительные задачи он решает с блеском. Однако в процессе решения задач наблюдаются хорошо знакомые вам эффекты последействия фигуры и фона.

Если испытуемый решает набор стандартных арифметических задач по одной и той же формуле, то эта формула начинает вести себя как фигура - переход к другой формуле решения оказывается весьма затруднительным. Например, испытуемым дается задача: отмерить Х литров с помощью трех сосудов емкостью a, b, c. Конкретно задача звучит так: "Имеется три сосуда емкостью 21, 127 и 3 л. Как с их помощью отмерить 100 л воды?". Арифметическое решение просто: надо залить водой сосуд в 127 л, отлить из него вначале 21 л и затем дважды по 3 л. Первые пять заданий подобраны так, что все они решаются таким же способом, т.е. по формуле Х = b - а - 2с. Шестое - другим.

Если в качестве шестой задачи давалась такая: "Даны сосуды емкостью 3, 64 и 29 л. Как отмерить объем в 3 л?", то все равно от 50 до 85% испытуемых в разных группах предложили наполнить сосуд в 64 л, два раза вычерпать из него по 29 л и один раз 3 (!) л, после чего в нем останется как раз требуемые 3 л. Таким образом, однажды найденный способ решения действительно выступает как фигура, которая имеет тенденцию к последействию.
         Аналогичный эффект последействия наблюдается при решении других вычислительных, логических и лингвистических задач. Например, испытуемый решает стандартную задачу для тестов на интеллект: определить, какое из четырех предъявленных слов не имеет отношения к трем другим. Тонкость эксперимента состояла в том, что задача имела два равномерных решения. Например, предъявляются слова "прибавить", "вычесть", "увеличить", "расти". Какое лишнее? Решение зависит от порядка предъявления слов "вычесть" и "расти". Если первым идет "вычесть", то именно оно обладает последействием, воспринимаясь как представитель класса арифметических операций, коему как раз соответствуют слова "прибавить" и "увеличить". Поэтому как лишнее, не относящееся к этому классу отбрасывается слово "расти". Если же впереди идет слово "расти", то уже оно задает последействие и в результате отбрасывается "вычесть" как не относящееся к классу глаголов, обозначающих рост.

Эффект предварительного неосознанного решения задачи был обнаружен в исследованиях Я.А. Пономарева. Испытуемые решали задачу: соединить четыре точки (вершины квадрата) тремя прямыми линиями, не отрывая карандаша от бумаги так, чтобы карандаш вернулся в исходную точку.


Задача сложна тем, что при ее решении испытуемые исходят из пресуппозиции: нельзя выходить за пределы нарисованных точек. Никто из испытуемых с этой задачей не справился.

 Психологи говорят: в процессе решения сложной задачи происходит переструктурирование ситуации, находится новое видение проблемной ситуации. Нахождение нового понимания происходит внезапно для сознания и сопровождается характерным эмоциональным переживанием типа: "Ага! Вот в чем дело!" Такое переживание и называют ага-переживанием, а сам процесс переструктурирования инсайтом.
         Момент нахождения решения обычно совершенно неожидан для самого решающего. Исследователи творческого мышления выделяют в процессе решения творческой задачи фазу инкубации – необходимость перерыва в деятельности после длительных безуспешных попыток решения сложной задачи. Именно потому перед кульминацией следует ретардация (как в детективе). Человек узнает, что решение в неосознанном виде найдено. Об этом сознание получает эмоциональный сигнал. Познавательная деятельность и эмоции тесно связаны друг с другом. Было обнаружено, что состояние эмоциональной активизации, выявляемое таким физиологическим показателем, как изменение кожного сопротивления, всегда на несколько секунд предшествует называнию решающего хода. То есть за несколько секунд до прояснения ситуации эффект воздействия максимальный. Внимание – предельное.

И в СМИ эффект Ага-переживания используется прагматически. Например, реклама включается за несколько секунд до развязки, когда аудитория способна предугадать финал. Еще один эффект Ага-переживания: ощущение истинности придает информации сопровождающий ее материал с места события, даже если он не слишком связан с текстом.

ВОПРОСЫ ДЛЯ САМОКОНТРОЛЯ:


  1. Объясните сущность теории воронки.

  2. Назовите компоненты творческого стиля мышления.

  3. Чем характеризуется стадия познавательной деятельности журналиста? Стадия создания текста?

  4. Почему журналистику порой называют «суррогатом творчества»?

ЗАДАЧИ ДЛЯ САМОПРОВЕРКИ:



  1. Сравните различные подходы к определению творчества и предложите собственное определение творчества.

  2. Подготовьте публикацию на основе одного из известных вам типов воображения.

  3. Апробируйте один из известных вам методов активизации творческого процесса при подготовке журналистского материала. Какие особенности, ограничения журналистской профессии вы заметили?

ТЕМЫ РЕФЕРАТОВ:



  1. Концепции творчества в отечественной философии и науке.

  2. Теории творчества в западной философии и науке.

  3. Воображение в журналистском творчестве.

  4. Воображение в прогностических материалах.

ЛИТЕРАТУРА:

Абдульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности / К.А. Абдульханова-Славская. - М.: Наука, 1980.

Арнаудов М. Психология литературного творчества / М. Арнаудов. - М., 1970.

Ашхаруа-Чолокуа А.А. Роль ассоциаций в механизме художественного воздействия / А.А. Ашхаруа-Чолокуа // Эстетические очерки. - Вып. 5. - М., 1979.

Баранов А.Г. Функционально-прагматическая концепция текста / А.Г. Баранов. – Ростов н/Д, 1993.

Богомолова Н.Н. Социальная психология печати, радио и телевидения / Н.Н. Богомолова. - М., 1991.

Бухарцев Р.Г. Психологические особенности журналистского творчества / Р.Г. Бухарцев. - Свердловск, 1976.

Бухарцев Р.Г. Творческий потенциал журналиста / Р.Г. Бухарцев. - М.: Мысль, 1985.

Вачков И.В. Метафорический тренинг / И.В. Вачков. - М., 2005.

Вилюнас В.К. Психологические механизмы мотивации человека / В.К. Вилюнас. - М.: МГУ, 1990.

Войнцванг П. Десять заповедей творческой личности / П. Войнцванг. - М. : Репринт, 1992.

Гатанов Ю.Б. Курс развития творческого мышления / Ю.Б. Гатанов. - Вып. № 1-4. - СПб., 2001.

Горохов В.М. Закономерности публицистического творчества / В.М. Горохов. - М., 1975.

Грановская Р.М. Творчество и конфликт в зеркале психологии / Р.М. Грановская. - СПб., 2006.

Грегг М. Тайный мир рисунка / М. Грегг. - СПб., 2003.

Грецов А.Г. Креативный тренинг / А.Г. Грецов. - М., СПб. : Питер, 2007.

Грузенберг С.О. Психология творчества / С.О. Грузенберг. - Минск, 1928.

Де Боно Э. Латеральное мышление / Э. де Боно. - СПб.,1997.

Дружинин В.Н. Психология общих способностей / В.Н. Дружинин. - СПб., 1999.

Ермолаева-Томина Л.Б. Психология художественного творчества / Л.Б. Ермолаева-Томина. - М., 2005.

Кармин А.С. Творческая интуиция в науке / А.С. Кармин, Е.П. Хайлин. - М., 1971.

Кинг Л. Тесты на креативность / Л. Кинг. - СПб., 2005.

Кохонен Т. Ассоциативная память / Т. Кохонен. - М., 1980.

Леонтьев А.Н.Психология образа / А.Н. Леонтьев // Вестник МГУ. - Сер. 14. Психология. – 1979.

Лук А.Н. Психология творчества / А.Н. Лук. - М., 1978.

Маслоу А. Новые рубежи человеческой природы / А. Маслоу. - М., 1999.

Мейлах Б.С. Талант писателя и процессы творчества / Б.С. Мейлах. - Л., 1969.

Николаенко Н.Н.Психология творчества / Н.Н. Николаенко. - СПб., 2005.

Олешко В.Ф. Моделирование в журналистике: теория, практика, опыт / В.Ф. Олешко. - Ек., 2000.

Пономарев Я.А. Психология творчества / Я.А. Пономарев. - М., 1976.

Пронина Е.Е. Психологические особенности творческой работы репортера / Е.Е. Пронина. - М., 2001.

Пронина Е.Е. Психология журналистского творчества / Е.Е. Пронина. - М. : Изд-во МГУ, 2002.

Психология творчества: общая, дифференциальная, прикладная / Отв. ред. Я.А.Пономарев. - М., 1990.

Психология художественного творчества. Хрестоматия. - Минск, 1999.

Смирнов С.Д. Психология образа. Проблема активности психического отражения / С.Д. Смирнов. - М., 1985.

Рождественская Н.В. Психология художественного творчества / Н.В. Рождественская. - СПб, 1995.

Родари Дж. Грамматика фантазии / Дж. Родари. - М., 1978.

Яковлева Е.Л. Психология развития творческого потенциала личности / Е.Л. Яковлева. - М., 1997.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   26


База данных защищена авторским правом ©genderis.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница