Неоинституциональная экономическая теория



Pdf просмотр
страница21/21
Дата04.02.2019
Размер0.62 Mb.
ТипРеферат
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21

С точки зрения эффективности управления эта ситуация аналогична примеру с югославскими социалистическими фирмами.
Горизонт планирования такого управляющего недостаточен для успешного развития предприятия. Скорее наоборот: его рациональная стратегия – выжимать максимум из своего предприятия, пока не закончились «менеджерские» полномочия.
Статистика подтверждает этот тезис: 75% приватизированных в
90-е годы предприятий в течение многих лет не могли улучшить свои финансовые показатели (Котов А., Грачев Н., Баумгартен Л.,
Дудкин В. Сравнительная результативность работы предприятий различных форм собственности // Российский экономический журнал. 1996. № 8. С. 29).
Как мы уже знаем, со временем «распыленные» права собственности перераспределяются в пользу наиболее эффективного собственника независимо от первоначальной аллокации (Об этом гласит теорема Коуза). Однако на практике этот процесс требует определенного времени, которое часто используется не во благо приватизированных предприятий. Их активы перетекают в карманы управляющих, которые не спешат превращать нажитые таким способом сбережения в инвестиции.
Возможно, неудачно проведенная приватизация – одна из причин столь масштабной утечки капитала из России (по разным данным из нашей страны было вывезено от 150 до 200 млрд. долларов).
Разграничение прав
Данная «подсистема правил» отвечает за минимизацию числа конфликтных и спорных ситуаций, которые, с точки зрения инвестора в экономику, крайне нежелательны. Ни один предприниматель не станет инвестировать в объекты, которые принадлежат неизвестно кому. Недостаточно четкое разграничение пучка прав в условиях работающего рынка приводит к росту трансакционных затрат и снижению деловой активности.
В России данная проблема также весьма актуальна. В частности, неразграниченность прав собственности называется в числе главных препятствий для введения в рыночный оборот земельных угодий. Действительно, в 2001 году в частной собственности находилось не более 7,5% земель, в основном доли, взятые в собственность при реорганизации колхозов и совхозов, а также земли граждан, отведенные под сады, огороды и дачи. Остальные
92,5% составляли государственные неразграниченные земли
(имеется в виду неразграниченность между различными уровнями власти). С тех пор эта цифра сократилась лишь на 15% (Более подробно см.: Проблемы законодательного обеспечения прав

собственности в Российской Федерации // Аналитический вестник
Информационно-аналитического управления Аппарата
Государственной Думы РФ. Серия: Экономическая политика .
Выпуск 33. М., 2002).
Защита прав собственности
О необходимости централизованной защиты собственности мы уже упоминали выше. Это очень важный инструмент, удерживающий трансакционные издержки на приемлемом для развития бизнеса уровне. Отметим также, что это, возможно, один из самых дорогих и сложных механизмов, составляющих систему прав собственности.
Действительно, выполнение этой функции требует от всей государственной машины определенного уровня «зрелости», определенной «настройки» и структуры. К примеру, российская правоохранительная система, которая изначально была настроена, в основном, на принуждение широких масс населения к социалистическому труду, с этой задачей явно не справляется. И если принятие законов, закрепляющих частную собственность на ресурсы, можно осуществить довольно быстро, то перестройка работающего правоохранительного механизма может затянуться на годы.
Неформальные правила
Если повторно обратиться к схеме на рис 2.6, то можно обнаружить, что система прав собственности существует не в вакууме. Внешняя среда содержит некоторые «дружественные» подсистемы. К ним, в частности, можно отнести неформальные правила (традиции, кодексы поведения), которые защищают частного собственника. Значение таких «правил» трудно переоценить. Общество, в котором уважение к чужой собственности воспитывается и передается из поколения в поколение, гораздо более приспособлено к рыночной экономике.
В окружающей среде содержится и ряд «враждебных» для частной собственности элементов. На схеме в качестве примера приводятся естественные спутники любой экономики: монополизм, рентоискательство, коррупция. Данные агрессивные элементы, подобно вирусам, паразитируют на здоровой «клетке» и постоянно испытывают ее на прочность.
Монополизм
Как уже отмечалось выше, экономика, основанная на частной собственности на средства производства, считается наиболее

эффективной из всех возможных вариантов организации хозяйственной деятельности. Однако опыт развитых государств показал, что нерегулируемая конкуренция неизбежно приводит сама себя к монополизму и развитию рентоискательства, по мере того, как субъекты укрупняются и осваивают недобросовестные методы обогащения.
Действие «вируса монополизма» в экономике крайне разрушительно. Оно проявляется по двум направлениям. С одной стороны, ущемляются права частных собственников. Ярким примером здесь может послужить монополия в области электроэнергии. Известно, что монополист – поставщик электричества за счет тарифной политики может перераспределять в свою пользу доходы от чужого бизнеса. Если при этом он в своих действиях ничем не ограничен и не несет никаких дополнительных издержек, то его потребители оказываются в незавидном положении. Их бизнес становится полностью зависимым и теряет инвестиционную привлекательность (Barzel Y. Economic analysis of property rights. NY: Cambridge University Press, 1997. P. 7). С другой стороны, монополизм позволяет представителям капитала эксплуатировать «трудящиеся слои» населения (пример такой ситуации представляет собой капиталистическая экономика начала
XX века).
Проблему монополии в рыночной экономике в свое время рассматривал немецкий экономист В. Ойкен. Он, в частности, считал, что как частная собственность на средства производства является предпосылкой конкурентной борьбы, так и конкуренция, в свою очередь, является гарантией того, что частная
собственность не приведет к экономическим и социальным
злоупотреблениям. Таким образом, противодействие монополизму
– одна из основных задач государства. Во исполнение этой задачи устанавливаются соответствующие ограничительные «рамки».
Особенно ярко роль государства проявляется в переходные и кризисные периоды. В этих условиях требуется разработка новых правил и, что, наверное, самое главное – поддержка действующих институтов, закрепленных на законодательном уровне. Хаос, беззаконие и борьба за источники ренты – злейшие враги экономики. Способствуя обогащению отдельных субъектов, эти явления одновременно уничтожают стимулы к долгосрочным инвестициям и снижают благосостояние нации в целом.
Рентоискательство


Конкуренция за ограниченный спрос потребителя в рыночной экономике не является единственным источником прибыли для предприимчивых людей. Как отмечает известный американский экономист В. Баумоль, «предпринимательство всегда с нами и всегда играет весьма значительную роль. Но в одних случаях предпринимательство развивается в тех сферах деятельности, где приносит пользу, а в других – там, где наносит ущерб экономике, паразитируя на ней» (Baumol W. J. Entrepreneurship: Productive,
Unproductive and Destructive // Journal of Political Economy. 1990.
Vol. 98. № 5. Pt. 1. P. 894). В последнем случае мы имеем дело с феноменом рентоискательства, которое представляет собой весьма распространенное, но пока не достаточно изученное явление.
Различие между первым и вторым не трудно провести в каждом конкретном случае. Если некая фирма, к примеру, получает прибыль от производства (или экспорта) экологически чистых продуктов питания либо лицензированных лекарственных препаратов, то такая деятельность подпадает под классическое определение предпринимательства. Но если фирма делает деньги на том, что под видом безобидных лекарств реализует запрещенные препараты либо под видом зеленого горошка ввозит в страну «подакцизные» товары (например, мебель), то назвать такую деятельность предпринимательской уже нельзя.
Таким образом, предпринимательство отличается тем, что оно ведется в рамках существующих в государстве «правил игры» и связано с инвестированием собственных средств в бизнес, целью которого является удовлетворение рыночного спроса.
Рентоискательство может выходить за рамки действующих правил
(что зачастую приносит существенную выгоду), а может и оставаться в этих рамках. В последнем случае извлечение дохода происходит за счет пробелов в законах, которые позволяют
эксплуатировать не свои собственные, а чужие ресурсы. В реальной жизни эти два явления иногда переплетаются настолько тесно, что их практически невозможно отделить друг от друга.
Часто обе стратегии могут успешно применяться одной и той же фирмой, причем «квазизаконнные» схемы либо служат дополнительным источником дохода, либо позволяют снижать затраты (путем ухода от налогов, уклонения от исполнения обязательств и т.д.).
Рентоискательство, будучи нежелательным общественно- экономическим явлением, встречает серьезное сопротивление со стороны государства. Но полностью искоренить данную «болезнь» рынка практически невозможно: слишком тонка грань между

бизнесом и его «паразитической» копией. Тем не менее страны с продуманной и хорошо обеспеченной системой законодательства справляются с этой проблемой относительно успешно. Другое дело
– развивающиеся и переходные экономики. Неразвитое,
«неокрепшее» законодательство и зачастую слабое, погрязшее в коррупции, государство создают богатую почву для экономических злоупотреблений (По данным международной исследовательской организации Transparency International, Россия занимает 47 место в мире по уровню коррупции . Наименее коррумпированными оказались Финляндия (1 место), Исландия, Дания, Новая Зеландия,
Сингапур и Швеция. Более подробно, см. www.transparency.org
.).
Из российской практики: рентоискательство в банковском
секторе

России
К сожалению, новейшая история российской банковской системы не будет полной без странички о рентоискательстве. Российские банки с первых дней своего существования начали осваивать не только современные расчетные и кредитные технологии, но и методику построения финансовых пирамид, хищения бюджетных денег и поглощения государственных предприятий, а также любимые практически всеми российскими предпринимателями схемы по уходу от налогов. Если попытаться классифицировать различные области, в которых оперируют и получают прибыли российские банки, то можно выделить три основные ниши:
1) «политическая»;
2) «теневая»;
3) «рыночная».
В первом случае банк имеет возможность эксплуатировать
«политический ресурс», который дает доступ к «дешевым деньгам», расширяет клиентскую базу, позволяет участвовать в распределении и перераспределении государственного имущества и т.п. Собственный капитал, брэнд, технологии при этом решающего значения не имеют. На российском рынке таким образом сложилась почти вся банковская «верхушка» – крупные по нашим масштабам организации, выросшие на нефтегазовых деньгах либо при поддержке государства (как, например, Сбербанк
РФ, который до сих пор не утратил свой главный козырь – 100%- ной государственной гарантии вкладов). Далее мы не будем акцентировать внимание на конкретных примерах – они хорошо известны, и называть их не стоит. Отметим только, что финансовая

мощь и успех такого банка к рыночной конкуренции не имеют прямого отношения.
Во втором случае (теневая ниша) банк находит своего клиента за счет специализации на различных незаконных (квазизаконных) схемах. Эта специализация повышает риски, но зато позволяет зарабатывать на комиссиях без значительногокапитала, связей и даже остатков на клиентских счетах. Все, что изначально необходимо такому банку, – обороты по соответствующим операциям. С течением времени, осуществляя нелегальный сервис, он находит клиентов и на вполне законные банковские услуги. Так теневые банки постепенно становятся «универсальными», а различные «схемы» становятся для них эффективным инструментом конкурентной борьбы на внутреннем рынке.
Интересно, что в результате массового применения малыми и средними банками такой рыночной стратегии тарифы на «серый сервис» резко упали и практически сравнялись с расценками на обычное расчетно-кассовое обслуживание! Если вспомнить, как выглядит кривая спроса, то можно предположить, что это послужило одной из причин роста объемов операций на данном сегменте рынка.
В случае «рыночной специализации» (третья ниша) банк идет по классической цепочке: формирование собственного капитала – инвестиции в технологии – поиск квалифицированных кадров и обучение персонала – рыночное позиционирование и разработка продуктов – создание брэнда. Однако назвать хотя бы один отечественный банк, который был создан от начала и до конца по этой схеме невозможно (это не означает, что таких банков совсем нет, просто их нельзя выделить). Исключение представляют, пожалуй, только «иностранцы»: «Сити-банк», «Райффайзен» и др.
Отметим лишь, что эти участники рынка изначально находились в привилегированном положении, поскольку имеют за спиной солидный западный капитал, технологии и ограниченные лимитом на Россию, но очень дешевые ресурсы. С такими активами идти в теневую нишу просто не имеет смысла: как говорится, игра не стоит свеч.
Что касается отечественных банков, то они почти все создавались и «набирали вес» в первой или второй нише. Получая политическую ренту, либо пользуясь «дырами» в законах, банки понемногу «капитализируются» и пытаются «перетекать» в рыночную плоскость. Однако почти все на сегодняшний день занимают определенные позиции минимум в двух, а иногда и во всех трех нишах, по-прежнему зарабатывая основные деньги не в традиционном банковском бизнесе.


То, что данный вопрос поднимается именно в «банковском» контексте, не означает, что мы имеем дело со специфически банковской проблемой. Большой теневой сектор и высокая доля рентоискательства – общая беда российского рынка. Банковская система в данном случае нами рассматривается как индикатор,
позволяющий судить о состоянии и особенностях национального
рынка в целом. Такой подход можно считать правомерным, поскольку банки обслуживают и кредитуют абсолютно все субъекты, и при этом они вынуждены «подстраиваться» под нужды своих конкретных клиентов. Тем самым сложившаяся структура и характер экономики не могут не наложить отпечаток и на структуру и характер банковской системы. К примеру, если в стране большой «внутренний рынок» и относительно богатое население, то банкам будет выгоден розничный бизнес, требующий наличия широкой филиальной сети и особых технологий обслуживания. Присутствие крупных предприятий, доминирующих на национальном рынке, потребует создания не менее масштабных кредитных институтов, которые станут лидерами в своем бизнесе.
Количество жизнеспособных банков также складывается не случайно: оно будет зависеть от емкости рынка. Если она высока, то это позволит создавать тысячи банков (яркий пример – США, где число кредитных и сберегательных учреждений составляет 9000).
В условиях небольшого рыночного хозяйства (здесь можно привести пример Эстонии) такое множество субъектов на банковском рынке выжить не сможет. Здесь наиболее рациональным будет формирование нескольких крупных, универсальных и при этом «розничных» банков. Это вполне логично, поскольку данным банкам предстоит иметь дело со множеством мелких субъектов (в стране нет предприятий- гигантов), что потребует определенного масштаба, дорогих технологий и множества филиалов.
Рентоискательство также находит свое отражение в
характере банковской системы, распространяясь в ней в той
же степени и с той же скоростью, что и во всей экономике.
Это неудивительно, так как через банки проходят любые существующие варианты зарабатывания денег: и законное предпринимательство, и «серые» схемы. Обслуживая субъекты национальной экономики, и участвуя в их бизнесе, банки, подобно губке, «впитывают» создаваемые в стране незаконные схемы обогащения. При этом самые рискованные и нежизнеспособные варианты получения ренты банкирами отбрасываются, остальные
«берутся на вооружение». Именно так и произошло в России. Мы уже отметили, что с первых дней существования в нашей стране банковской системы рыночного типа ее отличала склонность к

построению пирамид, участию в захвате собственности и другим сомнительным видам деловой активности.
Первый крупный скандал грянул уже в 1991–1992 гг., когда по схемам с фальшивыми «авизо» из системы Госбанка через коммерческие банки была похищена огромная сумма денег – около
400 миллиардов рублей (это почти 2% ВВП за эти два года)! По мнению автора, данный факт нельзя считать случайностью или
«отдельной неудачей». Это была веха в развитии банковской системы – момент, когда банки перестали быть исключительно
«агентами по обслуживанию народного хозяйства» и стали активными субъектами теневой экономики. В итоге мы имеем тот комплекс проблем, о котором было сказано выше:
1) непрозрачность и высокие риски ведения бизнеса;
2) низкий уровень капитализации;
3) наличие больших «теневых ниш» и множества незаконных схем;
4) чрезмерная фрагментация банковской системы (специализация на «серых» операциях позволяет существовать банку с почти нулевым капиталом и активами).
Другой важный аспект распространения рентоискательства,
ярко проявившийся в анализе банковской системы, –
ослабление рыночной конкуренции и искажение системы
стимулов, которой так славится рыночная экономика. Вместо борьбы за ограниченный спрос потребителя субъекты вступают в ожесточенную схватку за источники экономической ренты. При этом новейшие отраслевые технологии, «коммуникации»
(маркетинг) и другие важнейшие факторы рыночного успеха фирмы в современных условиях отходят на второй план.
Последствия такой ситуации печальны:
1) национальные компании менее охотно и не столь быстро
«включаются» в освоение столь необходимых в рыночной экономике производственных и организационных технологий.
Пример банков в данном случае показателен: средний российский банк уже сегодня отстает в развитии от своего прибалтийского
«собрата» на годы! Все те проблемы, которые считаются актуальными в России сейчас («дутые» капиталы, «серые» зарплаты, непрозрачная отчетность, несоблюдение правил управления рисками), были решены нашими северными соседями еще в середине 90-х годов;


2) ошибки, которые допускаются в ходе разработки и реализации рыночной стратегии, «амортизируются» и зачастую сводятся на
«нет» за счет «рентных доходов» (или экономии на налогах). Это частично выводит из строя рыночный механизм «естественного отбора». В конкурентной борьбе побеждает не сильнейший, а тот, кто оказался ближе к «нефтяной трубе» или к бюджетным счетам;
3) национальные предприятия становятся беззащитными перед лицом иностранной конкуренции. Методы завоевания ренты на национальном рынке не могут помочь в борьбе за потребителя с рыночно ориентированным конкурентом. Следовательно, самые динамичные и быстро развивающиеся национальные рынки очень быстро наводняются и делятся иностранными участниками;
4) понимая, что российские предприятия, в частности банки, не готовы к равноправной борьбе с иностранными конкурентами, государство вынуждено искусственно притормаживать процесс вхождения иностранцев на национальный рынок. Это затягивает интеграцию России в мировую экономику и лишает ее определенной доли иностранных инвестиций.







Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   13   14   15   16   17   18   19   20   21


База данных защищена авторским правом ©genderis.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница